Доносчик… Мерзкое слово! Слово презрения и унижения. Хотя… Нельзя же делить мир на доносчиков и тех, на кого они доносят?!
– А что если все вокруг окажутся доносчикам!? Ведь доносить можно не только полиции. Доносят дети учителям друг на друга, доносят чиновники начальству, послы своему правительству. Другие в это время успешно доносят на чиновников, послов, учителей. Нет, криминальная полиция в этом отношении много корректней обывателя. Она не употребляет таких унизительных слов, как доносчик, а говорит нейтрально – осведомитель. А чтоб было понять но, часто к этому скромному слову добавляются два других – тайный и платный…
Бабу удобно устроился в кресле рядом с сувенирной лавкой, которая сегодня была закрыта. Здесь на него никто внимание не обратит – что удивительного в человеке, ожидающем вылета? Зато он прекрасно видит всех, кто выходит из таможни.
– Внимание! Объявляется посадка на рейс… Еще минут десять – пятнадцать можно быть совершенно спокойным. Тот, кого он начал «пасти» должен дождаться своей очереди и пройти все формальности…
Осведомитель… Человек осведомленный и осведомляющий. Глаза и уши полиции, люди заботящиеся о чистоте общества. Да, именно глаза и уши. И не только криминальной полиции, но и политической! Они не клевещут на соседей, и не «закладывают» старого приятеля, с которым вчера вместе провернули выгодное дельце.
Но разве мало еще людей, которые, нарушив закон, всячески скрывают это? Господин Лакдар, что осведомлять политическую полицию долг каждого настоящего патриота. Бабу всегда считал себя достойным мусульманином и патриотом. Однако, господин Жако из криминальной полиции знает о Ясефе Бабу многое из того, о чем не хочется вспоминать. Кто не нарушал закона, ведя торговлю. Так что, он теперь двойной осведомитель. А что поделаешь?
Только со временем Бабу понял все прелести своего положения. Он маленький человек, по существу блоха, которую сдувал любой ветер, вдруг неожиданно получил возможность влиять на чьи-то чужие судьбы и жизни. Зрительная память у него оказалась великолепной, а чутье на интересную информацию и людей еще лучше, чем у репортера «черной» хроники. Несколько раз газеты раздували сенсационные скандалы – о связях преступников с сильными мира сего, которые раскрывала полиция. А ниточку полиции давал ни кто иной, как он. В газетах, об этом понятно не писали. Но он-то знал… Сладкое ощущение власти давало ему это занятие, пусть об том известно только ему, но власть эта реальна, значит упоительна…
– Внимание! Совершил посадку самолет компании «Айр Франс»…
Мимо кресла, где сидел Бабу, в сторону выхода неторопливо прошли несколько негров в прекрасно пошитых европейских костюмах. У одного он успел заметить на щеках шрамы племенных знаков. Судя по их белоснежным сорочкам, строгим галстукам и неприступно-надменным лицам – начинающие дипломаты какой-нибудь молодой африканской страны. Дипломаты – это политика, а она мало интересовала тайного осведомителя.
Из таможни появилась шумная толпа одинаково загорелых, одинаково вылизанных, седеньких американских туристов, увешанных фото и кинокамерами. Один из них – благообразный бодрячок в голубом костюме, нес повешенный через плечо видеомагнитофон. Как же, хотят запечатлеть экзотику! Наконец-то увидят своими глазами настоящий северо-африканский ислам, бедуинов и одалисок, бывшие города-гнезда берберийских пиратов, некогда наводивших страх на христианских мореплавателей, еще сохранившимися площадями невольничьих рынков. А может кто-то из них мечтает прикупить пару здоровых невольников или пышногрудых невольниц? Бабу насмешливо улыбнулся. У этих американцев вместо мозгов в головах зеленые доллары. Какой бред не появится там после изучения целой кучи рекламных проспектов, наверняка написанных людьми, не высовывавшими носа из собственного дома. Нет, того, кого он ждал, среди толпы престарелых искателей приключений и экзотики не было.
– Господин Мюллер; прибывший из Мадрида, вас ожидают у касс компании «Пан Ам»…
