С этого дня двойные сеансы углубленного просмотра были напрочь забыты. В общежитии прикомандированных установилась напряженная творческая атмосфера. Едва вернувшись со стартовой площадки, люди начинали сверлить, паять, точить, рихтовать. Общежитие все больше походило на монтажно-испытательный комплекс. Скука и уныние на лицах людей исчезли, уступив место озабоченной деловитости.
Под сидением автобуса удалось контрабандно вывезти со старта обрезок длинной оцинкованной трубы – корпус будущей ракетомодели.
Сам Валентин предложил простой немудрящий способ для реализации временной задержки вышибного заряда парашюта с помощью разрядной RC-цепочки с постоянной времени разряда порядка десяти секунд.
– Впрочем, – рассказывал он, – ничего нового тут нет. Так же я делал и на настоящем изделии.
Наконец, в день Д их "изделие" было собрано и готово к запуску. Запускать решили в степи, подальше от домов поселка. На старт собрался смотреть весь поселок, в котором давно уже прослышали о невиданном еще здесь "изделии" ракетостроителей. Ракета стояла вертикально, опираясь на деревянные консоли-направляющие, и была красиво окрашена в розовый цвет лучами заходящего за голые холмы солнца. Инженеры группы в последний раз проверяли исправность ракеты и готовность всех ее элементов к запуску. Подключив провода к электрозапалу и, разматывая по земле, полевой телефонный провод (раздобыли у телефонистов) стали удаляться к холмику, на котором все собрались – вроде как стартовый командный пункт.
Наконец, все готово! Успели до темноты.
– Ложитесь, а то мало ли что, – крикнул руководитель окружающим.
Разумеется, все остались стоять.
– Ключ на старт! – сказал он тогда левитанистым голосом. И подключил концы телефонной полевки к пластинам обычной плоской батарейки КБС.
С самого начала все пошло как-то не так. Вначале вообще ничего не произошло, не было ни дыма, ни огня. Потом вдруг посыпались искры и появилось несильный факел пламени, но почему-то в сторону. При этом ракета оставалась на месте и никуда, похоже, вообще лететь не собиралась. Потом она вдруг упала набок и сначала медленно, а потом постепенно набирая скорость, с ревом устремилась к холму, на котором собрались зрители. К чести присутствующих, они хоть и испугались, но не растерялись. Все моментально попадали на землю, прикрыв затылки ладонями. Бывалых ракетчиков видно сразу.
Тем временем ракета, ударившись о подножие холма, взлетела вверх и, описав красивую огненную дугу с дымным шлейфом, снова ударилась о землю. Потом она закрутилась на месте, разбрасывая искры, огонь и, похоже, некоторые части своей обшивки. Корпус из трубы подвел-таки конструкторов. Наконец, с грохотом и яркой белой вспышкой, отделился "головной отсек".Все стихло, хотя в это и не верилось сразу. Все повставали с пыльной и жесткой земли, отряхиваясь и вытаскивая колючки из своей кожи и одежды. Самые смелые направились к лежащей на земле, словно притаившейся, ракете. Вокруг нее еще кое-где горела редкая трава.
И в этот момент грохнуло еще раз! С лежащего в стороне головного отсека сорвало кожух из него выстрелил парашют из простыни, на котором "спускаемый аппарат" должен был вернуться на землю. Все попадали вновь. И на этот раз не вставали значительно дольше.
Но встали все же. К ракете больше никто не пошел, ну ее, вдруг еще чего-нибудь отчебучит. Ракетчиков ругали самыми последними словами. Те же были слишком подавлены неудачным запуском, чтобы огрызаться, а потому молчали.
– А все-таки твое временнОе устройство для выброса парашюта сработало, – сказал главный Валентину. – У меня всегда все работает, – ответил Валентин, – в отличие от других.
Это происшествие неожиданно получило резонанс и имело большие последствия. На место прибыла комиссия из Москвы для расследования происшедшего. У всех участников этого запуска проверили знание правил безопасности при пуско-наладочных и стартовых работах, а также посмотрели журнал по ТБ – все ли проходили инструктаж ежемесячно с росписью в журнале. Руководитель группы получил выговор за несанкционированный внеплановый запуск ракеты-носителя. А если бы вражеский спутник, "Феррет" какой-нибудь, засек бы несогласованный запуск и в Пентагоне подняли бы ядерную тревогу – что тогда? Вы представляете себе? Это вам не хухры-мухры!
И наконец, в министерстве и в армии были изданы грозные приказы о категорическом запрещении всяких посторонних запусках в районах стартовых комплексов.
В пятницу, когда я уже помылся и собрался домой, ко мне подошел механик гаража.
– Ты у нас числишься водителем автопогрузчика? – спросил он.
– Да, – говорю, – хотя на самом деле работаю трактористом.
На должность тракториста была оформлена кладовщица.
– Неважно, завтра тебе придется поработать на автопогрузчике.
– Завтра суббота, вообще-то, – произнес я с нотками надвигающегося скандала.
– А ты что, только пять дней в неделю патриот своей Родины? Нужно поработать на пятнадцатом заказе.
