Самые темные фантазии полностью

— Так как они владеют значительной долей акций, им пришло электронное письмо с информацией о том, что разрабатывается новый аттракцион-сюрприз. Однако перед его официальным запуском они хотят его протестировать.

— Что за новый аттракцион? — интересуется моя мачеха, заходя в комнату с полным подносом шоколадного печенья.

Прямо сейчас я была готова ее расцеловать. Впервые с момента нашей встречи я так сильно обрадовалась ее любопытству. Если бы я сама задала ему этот вопрос, это могло бы плохо закончиться. Он мог рассердиться и уйти в себя, так и не дав никакого ответа.

Мэтт поворачивается к ней, натянув свою фирменную фальшивую улыбку, от которой у меня закипает кровь. Давненько он не одаривал меня улыбкой. Я не знаю, как к этому относиться. Обычно меня это не тревожит, но порой в течение дня возникает неприятное ощущение. Где-то в глубине души потерянная и жаждущая внимания маленькая девочка скучает по этой улыбке.

— Там, похоже, какие-то актеры будут прогуливаться по аллее в костюмах Жнецов. У них имеются маски и все в этом духе, — небрежно говорит он.

Мой пульс начинает биться быстрее.

Черт возьми, этого просто не может быть.

Это похоже на сон.

Люди, которые выглядят и ведут себя как Жнецы?

Мной овладевает желание бегать, кричать и прыгать. Это, черт возьми, мечта, которая стала реальностью.

Прикусив губу, пытаюсь сдержать широкую улыбку. Мне приходится переминаться с ноги на ногу, чтобы выпустить хоть каплю энергии, которую излучает мое тело.

Успокойся, Кэт.

Я делаю глубокий вдох, стараясь успокоить электричество, которое пульсирует в моих венах.

Не показывай, что тебе это нужно, Кэт.

Нет, нет, нет.

Не давай ни малейшего намека на то, что его слова вызвали реакцию. Они могут положить конец твоей радости.

С самого детства я была очарована Жнецами. Мечтала о том, чтобы Жнец вырвал меня из того ада, в котором я существую. С возрастом эта навязчивая идея только усилилась. Однажды я наткнулась на фанфик, который кардинально изменил мою жизнь, открыв мне мир, в котором двенадцатилетнему ребенку не место.

Кэтрин

Я настолько погружена в свои размышления, что едва слышу, как Мэтт просит меня распаковать подарок. Испытывая слабое волнение, беру в руки коробку, развязываю бант и открываю крышку. Первое, что привлекает мое внимание — это черный колпак.

Черный.

Ведьминский.

Колпак.

Беру его в руки и вынимаю. О Боже. Мне уже ясно, что за этим последует, и я уже начинаю это ненавидеть. Неловко улыбнувшись, кладу его на стол, а затем достаю платье, которое идеально сочетается с колпаком. Это черное платье из шелкового эластана с длинными рукавами и тюлевой отделкой. Я провожу рукой по колючему материалу и понимаю, что буду выглядеть просто нелепо.

— О, это замечательно, Мэтт, — визжит моя мачеха.

Если ей действительно так нравится, почему она, черт возьми, не заберет это себе?

Она поворачивается в мою сторону.

— Не правда ли, Кэтрин? — произносит она враждебным тоном, бросая многозначительный взгляд.

— Да. — Моя кожа натягивается, как струна, а во рту ощущается горечь. — Да, это прекрасно.

Он аплодирует.

— Рад, что тебе понравилось. — Мэтт наклоняется ко мне, его губы касаются моих в нежном поцелуе. — Скоро увидимся.

Он разворачивается, чтобы уйти, но внезапно застывает на месте. Выражение его лица становится серьезным.

— Ровно в шесть вечера. Не опаздывай. — Он отдает команду, словно это неоспоримый закон, и уходит.

Я хватаю коробку и засовываю в нее колпак и платье, затем несусь по лестнице и закрываю за собой дверь. Запыхавшись, прислоняюсь спиной к двери, стараясь отдышаться. Я счастлива, что Мэтт не остался. Иначе мне было бы трудно сосредоточиться из-за того, как бурно мечутся мои мысли.

Придя в себя и избавившись от головокружения, швыряю эту дурацкую коробку на пол и направляюсь к кровати, где меня ждет одежда, которую оставил он. Мое сердце замирает, а в животе будто порхают бабочки, когда вижу белую рубашку с пуговицами, зеленую клетчатую юбку, зеленые гольфы, черные сетчатые чулки и черные ботинки “Док Мартенс”, лежащие передо мной.

Я беру ботинки дрожащими руками. По моим щекам катятся слезы, когда провожу большими пальцами по царапинам, оставшимся после длительного ношения. Из меня вырываются рыдания, потому что я и представить себе не могла, что вновь увижу эту обувь. Воспоминания о том дне, когда мама вручила мне этот подарок, прокручиваются в голове, словно кадры из фильма.

Он защитил эти ботинки от гнева моей мачехи.

Это всего лишь одна из множества причин, по которым я влюблена в человека, которого никогда не встречала и с которым даже не разговаривала. От таких маленьких жестов мое сердце замирает в груди. Хотя мне очень хочется надеть этот наряд сегодня вечером, я не могу. Мне придется облачиться в жуткое платье, которое подарил Мэтт.