– Разрешение есть? – спросил Костя и пытаясь отплатить новому знакомому той же монетой, иронично добавил: – Рома.
– Отчаянный ты малый, как я посмотрю, – покачал головой Рома. – На смену ты еще не заступил. Оружия при себе нет. К незнакомцу в машину залез. Да еще к вооруженному человеку с дурацкими вопросами лезешь. Нет бы спросил: куда едем? Зачем?
– Ну хорошо, – Костя будто воспринял критику. – Куда мы едем? Зачем? И еще… Предъявите разрешение на ношение…
– А может у меня огурец там? – Рома хлопнул себя ладонью по едва выпирающему у левого плеча бугорку на пиджаке.
– Покажите.
– В бардачке посмотри.
Костя аккуратно открыл бардачок. Тот был абсолютно пуст. Пустой бардачок шокирует взгляд, поэтому Костя не сразу заметил одинокое удостоверение в глубине. Лейтенант Ковальчук задержал дыхание и внутренне приготовился к тому, что увидит, раскрыв эту книжицу. Но все равно жар прихлынул к щекам при виде того самого номера. Рома снял очки и улыбнулся.
– Рожу сличи. Похожа?
– П-п-п-похожа, – Костя тут же возненавидел себя за эту запинку, а потом еще раз за следующую фразу: – Я в чем-то виноват?
– Ты виноват хотя бы в том, что хочется мне кушать, – вспомнил Рома детский мультфильм, хохотнул и водрузил очки на место.
Костя вернул удостоверение на место и захлопнул бардачок. Вот и все, подумалось лейтенанту Ковальчуку. Славная карьера завершилась, не успев начаться. А ведь его предупреждали. И лаборант Вася и майор Сергеев, который рискнул и перетащил слишком любопытного подчиненного из ППС в оперотдел. Теперь он похоже долюбопытствовался.
– О чем задумался?
Костя вздрогнул.
– Что мне грозит? И в чем меня обвиняют?
– Немного не та очередность вопросов, – заметил Рома. – Опытный психолог сказал бы, что задавая вопрос о наказании первым ты даешь понять собеседнику, что вину свою знаешь и внутренне ее признаешь.
– И все-таки, – Костя и сам понял свой промах.
– Обвиняют тебя в том, что ты хороший малый, честно делаешь свою работу и у тебя есть яйца в отличии от большинства твоих коллег.
– Я не понимаю, – пробормотал Костя, ожидавший услышать "суешь нос куда не надо".
– Ты мне лучше ответь на вопрос, дружище. Ты тайны хранить умеешь?
Рома достал из подлокотника пластиковую бутылку с минеральной водой и протянул пассажиру, словно знал о засухе, царившей у того во рту. Костя открутил крышку и сделал несколько жадных глотков. Посмотрел в окно и понял, что не понимает где находится. А ведь изначально намеревался запоминать маршрут. Сыщик хренов.
– У тебя накопилось много вопросов, – продолжил Рома. – И сейчас мне важно знать, можешь ли ты держать язык за зубами. Только не надо твоих "я не понимаю". Просто ответь.
– И моего слова будет достаточно?
– Для меня и для людей, которых я представляю – вполне. Я уже знаю ответ на этот вопрос. Как ты уже понял, я о тебе разузнал. Ты самому себе должен ответить на этот вопрос.
О, Господи, внезапно осенило Костю. Уж не вляпался ли он во внутренние разборки "неприкасаемых"?
– Мне не по душе корпоративные интриги, – выдавил он.
– Достойно, лейтенант Ковальчук! – оценил Рома фразу полицейского. – Только тут все несколько иначе. Хотя ход твоих мыслей мне понятен. Так что?
Любопытство раздирало изнутри похлеще изжоги да и терять похоже было нечего.
– Да, я умею хранить тайны.
– Вот и ладненько.
Возникла пауза, которую спустя пару минут прервал Костя, зад которого будто был утыкан иголками:
– Вы что-то говорили про скопившиеся у меня вопросы.
– Я везу тебя к человеку, который даст тебе на них ответы. Так что расчищай чердак, – Рома постучал указательным пальцем по виску. – Тебя ждет захватывающая и информативная лекция, в ходе которой ты узнаешь один секрет.
– Какой секрет?
– Оооо, Костян. Это самый большой в мире секрет.
Роберт ломал карандаши. Безостановочно, с остервенением. Большая физическая сила позволяла ему превращать продолговатые цилиндры в пять, а в некоторых случаях и шесть коротеньких бочонков, похожих на пеньки, оставшиеся на месте поваленного ураганом дерева. Он несколько раз оцарапался об их острые края, его пальцы были черны от грифеля, но Роберт не обращал на это внимания. Гигиена и имидж были последним, что его заботило в этот момент.
В комнате царила напряженная тишина.
Настя, на которой буквально лица не было, отсылала сообщение за сообщением Юле, в перерывах набирая ее номер. Кирилл утирал платком лоб. Его взгляд бегал по столу, перескакивал на потолок, стены, все равно куда – лишь бы не на шефа. Олег Валентинович сцепил руки на груди и плавно покачивался на стуле, чем вызывал раздражение сидящей рядом Алефтины Павловны. Игорь Петрович что-то строчил в блокноте, низко склонившись над столом. Пять кресел пустовали.
И если отсутствие Юли и Степана было объяснимо для Роберта, то Аристарх, Стас и Максим должны были быть здесь. Мало того так и телефоны их были недоступны.
Роберт взглянул на часы. Оставалось полчаса до приезда нежеланных гостей. Тянуть было больше нельзя.
