Покормил Гоги. Этот засранец опять откусил мочку уха! Нужно где-то искать живых кровяных жертв.
Лично мне сейчас делать было нечего (можно, конечно, слетать в лес на охоту и прокачку навыков, но, когда все заняты делом, это показалось мне неправильным). Я сообщил, что ухожу в «Виртуальную карту Мира», Урал кивнул.
В полном соответствии с рассказами, у дорожного указателя «Берёзовка» меня встретили два аборигена и, пока мы шли, я прослушал лекцию на известную мне тему. На вопрос о том, что я намерен делать в их городишке, я честно ответил, что интересуюсь как жители такой Славной и Великой Империи решают свою продовольственную тему и не хотят ли они приобрести у нашей цивилизации технологию выращивания в специальных домах мелких съедобных птиц. Моё предложение вызвало горделивый смех у аборигенов, и их лекция повернула в сторону успехов Имперского птицеводства. Я узнал, что в пяти километрах к востоку лежит прекрасная ферма, где в год выращивается до полутора миллионов особей съедобных птиц, причем всё автоматизировано настолько, что птицы не видят человека ни разу от вылупления из яйца до момента забоя. Я позволил себе вежливо не поверить, ведь птицеводство – это секретное достижение только нашей цивилизации и никакая другая цивилизация ей не владеет. Меня тут же пригласили на экскурсию на ферму, где я смогу через мониторы посмотреть на питомцев. Я согласился принять предложение. И меня таки отвезли и целый час возили по всем закоулкам. Я, понятное дело, охал и ахал, и даже пытался упасть в обморок (не получилось). Напоследок мы объехали вокруг фермы. Я увидел большой карьер и спросил: «Это тоже нужно для фермы?» Мне ответили, что нет – из этого карьера брали песок для строительства космодрома и что сейчас он не используется. Засим я попрощался и вышел из «Виртуальной карты».
Доложился капитану (лейтенант отсутствовал), что кажется нашёл удобное место для начала подкопа, но нужно проверить в реальности. Получил добро и отправился на гравилёте. Полетел над дорогой, ведущей на ферму, стараясь не упускать из виду космодром. Получалось, что между фермой и космодромом был невысокий холм, у подножия которого со стороны фермы был старый карьер. Карьер был огорожен забором, ворота закрыты. Я залетел внутрь. Непохоже, что карьером пользовались – не было ни единой единицы техники, ни бытовки – только огороженное пространство. Прижимаясь к склону, стал подниматься к вершине холма.
- Стой! Кто идёт? – из кустарника появился Алтай, - не демаскируй нас. Оставь гравилёт здесь, на вершину поднимайся ползком, из кустов не вылазь, - убедившись, что я выполняю распоряжение, Алтай присел в кусты.
Я подполз к Амуру и Моряку.
- Привет! А где Солёный?
- Что тебе нужно от Солёного? – раздался его голос откуда-то слева.
- Мне нужно, чтобы вы нашли на космодроме помещение, откуда ведётся управление всеми охранными функциями.
- А что его искать – вон оно. Малый ангар с антеннами и за большим забором с дополнительным КПП.
- Если пригонят тунелепроходную технику, то подкоп нужно рыть под этот дом.
- Ясен перец, - в голосе слышалась усмешка.
- Ладно, мужики, не буду мешать. Мне нужно ещё на птицеферму.
- Попугая своего будешь кормить? – чей-то насмешливый голос. Меня что, так легко просчитать?
Судя по размеренной движухе и ритмичному шуму, птицеферма работала. Куда они вывозят готовую продукцию? Я перелетел через забор, повторил фокус с дверями и дождался отъезда робота-инспектора. Затем проник на птицеферму. Я знал, где находится зал с местными курями, приготовленными на убой. Птицы там всегда были взволнованными и создавали много шума. Я проник через техническую дверь и напихал с десяток кур в заготовленный мешок, закрыл за собой дверь и покинул ферму. Делов-то.
На нашей крыше привязал каждую курицу за лапу к трубе, налил им воды, поставил свой гравилёт так, чтобы отгораживать их от местного солнца. Выбранную в жертву курицу привязал с другой стороны от гравилёта, чтобы не волновать остальных. Выпусти из Котомки Гоги. Тот стал покусывать меня за руку, требуя еды. Я поставил проглота перед курицей. Он курицей не заинтересовался, отвернулся от неё ко мне и требовательно запищал. Пришлось объяснять: снова развернул его к курице, придавил её к крыше и быстрым движением спиннинга порвал ей горло. Увидев кровь, Гоги кинулся к курице. Сначала жадно лакал кровь, затем, когда кровь перестала изливаться, стал рвать куриную шею клювами. За этими делами меня застал лейтенант. Окинув взглядом место действия, он приказал мне лететь к холму, помогать завести туннелепроходчик в карьер.