– Нет, – односложно ответила ведьма, которой не доставляло особенной радости путешествие по окровавленной, наполненной искромсанными телами пещере. Ее давно перестали смущать убийства, даже жестокие, даже массовые, но то, что учинили в пещере ее ученики, а прежде учиняли вампиры, слегка… шокировало. Но Гранни старалась не показать виду, понимая, что заурду не нужны слабые, боящиеся крови помощники.
– Я неправильно выразился: не воняет, а как-то особенно воняет, – продолжила обезьяна, не обращая внимания или делая вид, что не обращает внимания на плохое настроение ведьмы. – Наверное, в ней есть какая-то добавка… или присадка… Или еще какая-нибудь дрянь, которая издает сей отвратительный запах…
Из бокового коридора вышли два перепачканных кровью «перса», и орангутан указал на них лапой:
– Придется облить из шланга. А одежду – сжечь.
– Мы что, заразились? – глупо спросил «перс», чем вызвал у Схинки приступ хохота:
– Да, мать твою, заразились! Подцепили големский лишай от этих кровососов.
– Су, придурок, мы же в големах, – напомнила китайцу подружка. – Как мы могли заразиться?
– Точно!
Куклы хлопнули друг друга по плечам и засмеялись.
– Следуйте за мной, – велела обезьяна.
– Скажешь, зачем мы все это затеяли? – хмуро спросила ди Атура.
– Сейчас, – ответил орангутан, входя в Алтарный зал. И обратился к «персам»: – Передайте остальным приказ: тщательно прочесать пещеры и отнести в грузовик все книги, какие найдете. Абсолютно все! Понятно?
– Да.
– Потом провести магическое выжигание всех помещений.
– Есть!
– Исполняйте!
Куклы бросились исполнять, а обезьяна подошла к трону.
– Ты меня предал, – прохрипел полулежащий в нем толстяк. – Мерзавец! Ты…
– Привет, Эспарио. – Орангутан начал раскуривать тонкую сигару.
И Гранни поймала себя на мысли, что не слишком удивилась тому, что они знакомы.
– Ты меня предал.
– Не зацикливайся на этой мысли, друг мой, – посоветовала обезьяна. – Навязчивая идея помешает тебе идти вперед.
– О чем ты говоришь?
Схинки пыхнул ароматным дымом, с легкостью запрыгнул на спинку трона и, глядя на вампира свысока, ответил:
– Я не говорю, а издеваюсь над тобой, жирный выродок. Что же касается предательства – его не было, потому что ты изначально был нашей пищей. Заурд растил тебя, как растят коров, поэтому хотел бы я сказать, что мне жаль, но лгать не стану – не жаль. Знаешь почему?
– Плевать!
– Потому что я считаю вас животными, – ответил орангутан, глядя кровососу в глаза. – Низшие расы превозносят вас от инстинктивного страха перед хищниками, окутывают романтическим флером, пытаются отыскать в вашей вечной жажде убийства хоть что-то здоровое… Но вы не сумасшедшие, хотя среди твоих сородичей их более чем достаточно. Вы, масаны, – тупые животные, созданные лишь для того, чтобы убивать, и тот факт, что вы умеете разговаривать, ни на что не влияет.
– Ты поэтому меня предал? – растерялся Эспарио.
– Еще раз, кретин: я тебя не предавал. Просто проект подошел к концу, и я приехал кое-что забрать.
– Что?
– Вот что. – Стоящий справа от трона голем быстро протянул Схинки меч – обычный, человский, с которым могла без труда управиться обезьяна, – и орангутан ловко отрубил вампиру голову. Затем спрыгнул со спинки трона, наступил на дергающееся тело, следующим ударом вскрыл жертве грудь и посмотрел на сердце вампира. – Вот ради чего заурд тебя выращивал, тупой ты баран, а не ради возрождения вашего идиотского культа.
Замечательные апартаменты на десятом этаже Замка, которые Дагни получила в свое полное распоряжение, могли произвести впечатление на самого взыскательного гостя. Апартаменты были небольшими – гостиная и спальня, но обставлены с большим вкусом, причем не с чудским вкусом, тяготеющим к тяжеленной резной мебели из массива ценных пород дерева, а с современным вкусом, поэтому девушка чувствовала себя не в музее, а как дома… Ну, с оговорками, конечно, поскольку ни телевизора, ни компьютера, ни даже радио в апартаментах не было, а из развлечений Дагни предлагались исключительно книги. Зато любые книги из богатейшей библиотеки Ордена, и их девушка с удовольствием изучала, восполняя пробелы в образовании. Второй неприятный момент заключался в том, что все помещения, за исключением – как надеялась рыжая – ванной комнаты, просматривались видеокамерами, а «вишенкой на торте» были внезапные осмотры, которые охранники устраивали в любое время по своему желанию.
– Откройте!
Охранники никогда не барабанили в дверь, не переходили грань между жесткой вежливостью и грубостью, но стучали напористо и громко, выводя пленницу из себя. С особенным удовольствием они являлись на «осмотр» после того, как Дагни исчезала в ванной комнате, наверное, вид разъяренной полуодетой девушки приводил их в неописуемый восторг.
– Откройте!
Однако сегодня рыцари позволили Дагни спокойно подготовиться ко сну и стали рваться в дверь в тот миг, когда девушка собиралась погасить свет.
