Умные, хорошие и благородные мысли отлично давили на либидо, ну, а поглаживание мужика, пусть даже не такого красивого как я (но тоже почти идеального), окончательно добило скабрезные мысли насчет овладевания неким зеленым телом. Тем более что оно, это тело, было занято отнюдь не простыми процедурами. Мы поднимались в небеса сквозь разыгравшуюся вьюгу.
Наконец, обожравшийся и успокоившийся Волди засопел, провалившись в сон, а я, подумав, содрал с себя майку, сунув её эльфу под нос, а потом еще и притащил из своей каюты старрх, повесив нож так, чтобы бывший кот его увидел, как только очнется. Если вдруг проснется, то мозгов понять, что всё нормально, у него должно хватить.
— Как он? — тут же поинтересовалась сосредоточенно следящая за приборами полугоблинша.
— Если возьмусь судить по себе, — хмыкнув, ответил я, — то очень даже неплохо. Нас содержали в довольно приличных условиях. Правда, котик подрос. Гадить будет больше.
— Прекрати! — хихикнула девушка, ловко выдёргивая грудь из моих не теряющих времени пальцев, — Нам нужно встать на курс!
— Я соскучился, — объяснил я свою набирающую твердость позицию, — местами сильно.
— Не настолько сильно, чтобы мы упали с заледеневшими моторами? — почти кокетливо спросила Заграхорн, вставая между делом в крайне провокационную позу. Получив по позе от меня смачного шлепка, полугоблинша, истошно взвизгнув, отскочила к креслу, уставившись на меня как ребенок, у которого злой дядя отнял конфетку и грозится её всунуть не туда.
— Ты это…, — хрипло выдавил я, — Не того. Не испытывай моё терпение. А то взлетать будешь дальше в неловкой позиции.
Вместо ответа, зеленокожая красавица, внезапно шмыгнула носом, а затем, пав мне на грудь, начала истошно рыдать, объясняя, как она испугалась, как нервничала и как боялась невесть откуда появившегося незнакомого Крюгера, делавшего хамские жесты, намеки и угрозы на тему моего незавидного будущего. А уж когда из тьмы внезапно появились желтоглазые мертвецы и люди в серо-черном, она вообще начала прощаться с жизнью. Было очень страшно, тоскливо и непонятно, пока я не появился.
— Сейчас еще раз по жопе получишь, — посулил реально теряющий последнее терпение я, — Об этом мы можем поговорить позже.
— Позже будет не до разговоров! — логично прогундосила пилотесса, хлюпая носом, — А я…
— Сейчас ты будешь одновременно плакать, рассказывать, трахаться и взлетать, Стелла. Вот еще слово и всё начнется.
— Всё! Всё! Я поняла! Уйди! Не отвлекай!
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
— Ты, Криггс, видишь в насилии лишь костыли. Оно для тебя всего лишь метод по-быстрому решить задачу, либо выпутаться из неприятностей. Утрированно, грубо, но, признаться, очень эффективно, учитывая наш статус бродяг. Однако я — дело совсем иного порядка! В насилии я вижу не эффективность, а идею! Жесткости, прозрачности, отсутствию компромиссов! Именно поэтому я и работаю на Кригстан. Он, видишь ли, дает веру в то, что не заржавеет, не заплывет фастфудом и фильмами, а будет зло строить весь мир, рваться вперед и вверх, в космос и дальше! …так что мы, ты и я, совсем не одинаковые, понял?!
— …и всё-таки, мы вместе, — кисло хмыкнул я, выбрасывая окурок и натягивая маску на лицо, — Мы дело делать будем… или как?
— Вперед, мой верный друг! — повязавший платок на рожу Крюгер широко распахнул двери перед собой, заходя в банк с воплем, — Никому не двигаться, это ограб…
Мне пришлось его прервать залпом с двух револьверов, прострелив головы двум полуоркам-охранникам, оказавшимся внутри по разные стороны от входа. Мужики так удивились перфомансу бывшего революционера, что даже не дёрнулись, когда я воткнул каждому из них дуло пониже скулы. Так и упали красиво подрубленными зелеными дубами, заставляя немногочисленных клиентов визжать от вида разбрызганных по потолку мозгов.
— Выстрел… должен был быть предупредительным! — возмутился Крюгер, оборачиваясь ко мне.
— У меня в этих очках сужено поле зрения! — пожаловался я ему, стреляя в еще двух полуорков с автоматами, выскочивших из закутка за спиной, у бледного как моль кассира. Попал замечательно — одному в горло, а второму в живот, вынуждая с утробным выдохом пасть на пол, и начать там художественно умирать. Больше никого не появилось, а скорее наоборот, кассир попытался испариться, но, увидев направленный на него ствол, тут же застыл на месте с дрожащей нижней губой.
— Итак, повторюсь! — громко и отчетливо проговорил Крюгер: — Это ограбление! Не давайте моему злому другу в неудобных очках повода, и никто не пострадает! Видите, какой он нервный?! Мы пришли только за деньгами банка!
— Вы имеете право молчать и сохранять дыхание! — прибавил я, чтобы хоть как-то войти в образ.
А затем произвел предупредительный выстрел в потолок. Просто так, только чтобы Крюгер слегка пострадал морально. Ну, мы же выработали план? Нужно ему следовать.
