– А вы тут не балаган устроили? – Спросил я его в ответ. – Нельзя фотографировать её, видите ли. И выкладывать в журнале без разрешения. А может, я тоже не хочу видеть её в журнале? Почему я должен смотреть на неё? У меня такие же права, как у неё. Ик. У меня никто не спрашивает разрешения. Я купил журнал, хочу расслабиться, почитать, открываю, а тут ОНА!
– Да что такое! – Судья снова постучал молоточком! – Охрана!
– Уважаемый судья, успокойтесь!
Я щелкнул пальцами, успокоив его на пять минут, и он замер с занесённым для удара молотком.
– Это для Вашей же безопасности, чтобы вы не отбили себе чего-нибудь этим вашим молотком.
Я подошёл к нему, аккуратно вытащил молоточек из руки, и положил его рядом на стол. Вот так.
– Вот мне, например, всё равно, фотографируют меня или нет, выкладывают или нет. – Продолжил я. – Если я публичная личность, значит я принадлежу людям, я не отворачиваюсь от них и не плюю в них. Ведь это был мой выбор, меня никто не заставлял становиться знаменитостью, значит, и нечего ныть теперь. Так должен мыслить любой актёр или знаменитость. Давайте сделаем так, чтобы было на равных. Те, кто не хочет чтобы вторгались в их личную жизнь, должны так же не вторгаться в личную жизнь других. Это ведь правильно? А демонстрация своих изображений, это как раз и есть вторжение. Если они, – я кивнул в сторону Меган, – не хотят чтобы их фото показывали без разрешения, я тоже не хочу, чтобы мне показывали их фото без моего разрешения. Не нужно нарушать мои права. Значит, что нужно сделать? – Обратился я к адвокату.
– Что? – Так же ответил мне он испуганно.
– Правильно! Нужно спросить у меня разрешение. А так как я понимаю, что это проблематично, спрашивать у каждого, то нужно хотя бы предупреждать. Например, так. Если в журнале есть фото знаменитости, на обложке большими буквами написать «Внимание! В журнале будет продемонстрировано лицо Меган Маркл». Если фото на обложке, то цензурить его пикселями и черным квадратом, и писать такие же надписи. Если это фильм, видео или новости, обязательно указывать такой же текст вначале, или в бегущей строке. «Внимание! Внимание! Будет продемонстрирована съёмка Меган Маркл. Тех, кто не хочет на неё смотреть, просим остановить просмотр или переключить канал». Как Вам? – Обратился я к адвокату.
– Я не совсем понимаю! – Ответил он.
– Да что тут непонятного! Вы не хотите чтобы вас снимали, мы не хотим чтобы вас нам показывали. Всё просто и честно! Естественно, это ограничение только для тех, кому не нравится, что вторгаются в их личную «публичную» жизнь. Для всех остальных, всё остаётся как и раньше, до тех пор, пока эта «звезда» не пожалуется в суд. Я, конечно, понимаю, как им тяжело живётся, постоянно норовят сделать фото, попросить автограф, но нужно было думать раньше. Не нравится профессия актёра, например, иди в сантехники, строители. Профессий много, и у всех свои недостатки.
Я обернулся, судья уже пришёл в себя, и сидел, вертя задумчиво молоточек в руке.
«Что я вообще творю?» – Закралась мысль. Так, кажется, я начинаю трезветь. Снова потребовалось «подзаправиться».
– Господин судья. – Обратился я к нему. – Можете принять такой закон?
– Я не принимаю законы, только решения по делу. Сейчас у нас совсем другое дело. И я могу только принять решение по нему. – Хмуро ответил он.
– Ну и ладно, принимайте быстрее и отпустите людей. Не задерживайте. А вас, адвокаты, прокуроры и судьи я порошу остаться потом, будем с вами решать и принимать новые законы. Ик. Я ненадолго отлучусь и скоро вернусь. – Я внимательно обвёл всех взглядом, и телепортировался в бар.
– Ещё две бутылки того же. – Обратился я к бармену и поставил на стол пустую бутылку.
Я был очень пунктуальным, в этот раз, и через пол часа уже снова был в зале суда. Людей было мало, сидели только адвокаты и судья. Ну и охрана.
Как это ни странно, но мы сумели там что-то придумать и принять до вечера. Работа адвокатов была щедро оплачена, а судье я подарил ящик того напитка, который пил сам. Он оказался ценителем и нормальным старичком. Вообще, не знаю как я такое провернул, это больше походило на пьяный сон, но на следующий день, когда я проснулся после часового сна, протрезвевший, я проверил новости и уточнил у Кефирчика. Да, мне всё это не приснилось. Пришлось снова идти в бар, чтобы не задумываться, что я натворил. Зря.
Я тихо сидел в баре и напивался. По телеку показывали очередную звёздную подборку новостей. Арнольд снова в больнице. Операция на сердце. Старый чертяка уже! Целая эпоха, целое поколение выросло на его фильмах. Легенда. Его имя знает весь мир! Эх, Арнольд, Арнольд! Надеюсь, тебя там подлатают. Погоди-ка!
Телепорт.
Кливленд, Огайо. Хороший город, тихий, спокойный. Стоит прямо на берегу огромного озера, а с другой стороны озера уже начинается Канада.
– Кефирчик, дорогой, может ты меня стразу в больницу закинешь? – Обратился я к искину. – Что-то не настроен я любоваться красотами. Да и ноги что-то болят, не могу ходить.
