– Сереженька… – Вслед за пожилым врачом в толстых очках водруженных на широкий мясистый нос протиснулась его мать. Женщина бросилась к постели и обеими руками ухватила его за правое предплечье, крепко стискивая его в своих ладонях. – Сереженька…
– Женщина, не мешайте работать. – Врач бесцеремонно отпихнул ее в сторону и о чудо, она покорно повиновалась. – И так…как вы себя чувствуете?
– Как футбольный мяч после серии пенальти.
– Хорошо, хорошо…– Он посчитал его пульс, аккуратно взявшись заскорузлыми пальцами за запястье. – Вам повезло Сергей Геннадьевич, счет шел на минуты.
– Да я вообще везунчик.
– Ну да, ну да. – Раздалось негромкое всхлипывание, заставившее врача приостановить осмотр. – Молодой человек, поговорите с мамой. Сейчас я не могу вам предложить ничего, кроме покоя. Операция прошла вполне успешно, так что восстанавливайтесь.
Он вышел вон, взмахнув на последок краями накрахмаленного халата, словно ушедший в ночь супергерой.
– Сереженька…. – Мама все еще стояла в стороне и только повторяла его имя.
– Все хорошо мам. Все отлично. – Он лгал этой сильной, властной женщине, чего не позволял себе с раннего детства. А она плакала и гладила его по израненной голове, словно только сейчас действительно поняла, что может его потерять. Что уже, практически потеряла.
Минут через двадцать краснолицый парень в форме заглянул в дверной проем и попросил ее покинуть палату. Он ведь не просто пациент, здесь он подозреваемый в нескольких убийствах преступник. Мама беспрекословно подчинилась, напоследок проведя мягкой ладонью по его щеке.
Последующие несколько часов он провел в полудреме, пробуждаясь только когда дородная медсестра меняла ему повязки и помогала оправиться. А вечером в палату вошел очередной гость. Странно, ведь время посещений давно окончено.
– Здравствуй герой. – Знакомый голос заставил его вздрогнуть и напрячься всем телом. Здоровым глазом он нашарил высокую крепкую фигуру Нилова, полицейского который сначала спас его от тюрьмы, а после проклял последними словами. Зачем он пришел теперь? – Ну и дел ты наворотил, а я ведь сперва решил, что ты просто трусливый кусок говна.
Мужчина прошел ближе и теперь возвышался над Сергеем.
– Дерьмово выглядишь. – Он обвел взглядом иссушенную, перебинтованную не хуже египетского фараона фигуру.
– Зачем пришел? – Сергей находился в состоянии легкой прострации после недавнего укола обезболивающих, мысли в голове сбивались в кучу.
– Посмотреть на тебя. Мы ведь…столько пережили за эти пару дней. – Нилов едва заметно улыбнулся. – А игру мы так и не закончили.
– Что ты несешь…какую иг… – Сергей с трудом заставлял свой мозг работать, но тот снова глох, стоило ему на мгновение запуститься. – Так это ты?
– Тс-с… – Нилов приложил длинный палец к тонким губам. – Конечно я, герой. Или думаешь найдется другой идиот, который поставит все на карту, ради полудохлого недотепы?
– Девочки… – Прошептал Сергей и сильно зажмурил глаз, пытаясь привести себя в чувство. – Где?
– Все с ними хорошо. Я так думаю. Я передал их службе опеки в тот же день, когда связался с тобой по телефону в первый раз. Послушай, я ведь не какой-то там монстр. – Он обиделся или это лекарства искажают восприятие?
– Тогда зачем?
– Потому что мне надоело смотреть, как ублюдки спокойно терзают наш город. Потому что система прогнила и не в силах справиться с потоком дерьма, которое ежедневно спускают по вонючим трубам. Потому что ты этого хотел.
– Нет, это ты так думал.
– Я видел, что ты сделал с Киви и Боней. Скажешь это вышло случайно?
– Я не хотел становиться убийцей.
– Ты и не стал, приятель. – Нилов смотрел на него не моргая. – Пойми, наше общество порой порождает таких тварей…которые впиваются в него своими зубами и душат. В такие моменты все разговоры о справедливости, законе, миролюбии становятся всего лишь пустым звуком. Всю эту грязь ни за что не смыть просто протерев тряпкой. Ее приходится отскребать. И отскребет ее лишь тот, чьи зубы еще острее.
Он прошел мимо него и встал у забранного стальной решеткой окна. За окном начался холодный осенний дождь.
– И ты отскреб парень. Не все, конечно же нет. Но хотя бы часть этой мерзости.
– Чего же ты сам этого не сделал? – Сергей произнес это слишком резко. Истощенный организм не выдержал и мужчина зашелся в глухом, болезненном кашле. Нилов по-прежнему стоял у окна, повернувшись к нему спиной. – Боишься замарать руки?
– Боюсь. Боюсь, что не сумею выскрести этот город. Ты действительно не понимаешь? – Он наконец обернулся, на скуластом, мужественном лице блеснули слезы. – Если не будет меня – кто направит таких как ты?
Сергей хотел возразить, но внезапно понял, что он прав. Оружию всегда нужна рука, которая направит его на врага. Иначе…иначе даже самое острое лезвие останется лишь бесполезным куском металла.
– Я благодарен тебе Сергей. Запомни – все было не зря. – Нилов вновь оказался рядом, он двигался проворно и будто неслышно. Мужчина ощутил его прикосновение, а затем крепкую мозолистую ладонь. Они пожали руки.
***
