Священник вздрогнул в третий раз. Ему конечно хотелось бы думать, что это вызвано холодом, стоящим на улице и продирающим плоть до костей, а не словами стоявшего перед ним человека и его глазами лишенными какой-либо жизни, но епископ уже давно вышел из возраста когда врут самому себе. Ему просто было страшно. Очень и очень страшно, но тем не менее он нашел в себе силы не только согласно кивнуть, но и задать вопрос.
– Девушка, которая вчера рассказала мне все… Она уже мертва?
– Ну что вы, светлый! Мы же не чудовища. Ее казнят чуть позже.
Значит все верно. И как быть? Человек опять нашел в себе силы подумать не о себе, а о ближних.
– Могу я попросить быть снисходительным…
– Нет, не можете. Она знала правила и она их нарушила.
– Но…
– Оставим эту тему, светлый! Сейчас вам стоит думать о себе.
Епископ опустил голову, но спустя пару секунд вновь поднял ее и посмотрел прямо в глаза Александра.
– Не стоит угрожать мне! Пусть тело мое полностью в вашей власти, моя душа принадлежит Демуру и вы не властны над ней! Девушка выполнила свой долг перед Всесветлым и я настаиваю, чтобы вы пощадили ее! Именем Его!
– Ну раз вы так говорите, – барон уважительно кивнул головой, – Пусть будет так. Уважаю смелых людей. Мы не будем ее казнить. Мария найдет ей применение. А теперь пройдемте ко мне в кабинет, вы уже окончательно замерзли. Зачем так легко одеваться, когда на улице такой холод?
Вопрос был риторический и не дожидаясь ответа на него, Александр повел священника совершенно в другое строение, чем тот ожидал. Вскоре они оказались в уютном кабинете с узким глубоким окном, почти не пропускавшим в помещение свет. Хозяин прошел к нему и захлопнул деревянные ставни, полностью лишив помещение внешних источников освещения. В ту же секунду дверь распахнулась и молоденькая девушка внесла на подносе две чашки испускавшие пар и божественный аромат. Оставив их на столе, она вышла, так и не проронив ни звука.
– Мой личный кабинет. Здесь бывают лишь избранные.
– Значит ли это, что я теперь принадлежу к их числу?
– Конечно нет, светлый. Это означает, что у вас есть шанс попасть в этот круг.
– И что я должен для этого сделать?
– Не знаю.
Ответ удивил епископа, ожидавшего предложений мистического характера или банальных угроз, поэтому мужчина предпочел промолчать и взяв чашку стоящую напротив него, осторожно попробовал ее содержимое на вкус. Хозяин кабинета не разочаровал ожиданий своего невольного гостя и продолжил.
– Когда вчера вечером нам стало известно, что одна из каторжанок не сдержалась и рассказала вам все…, - барон встрепенулся и посмотрел на священника, – Чтобы не было недопонимая – все рассказанное ей полная правда. А то мы с вами как то упустили этот момент в нашем разговоре – мы действительно вампиры, а не маги. Так вот. Когда нам стало известно, что вам рассказали о нашей природе, то возникла некоторая… паника. Одни предлагали уничтожить вас. Другие предлагали разыграть спектакль, который бы убедил вас, что слова девушки лишь плод ее больного воображения. Были и другие предложения.
– И почему же вы так не сделали?
– Ну убить вас мы можем всегда. Да и просто предпочитаем не убивать людей. Мы питаемся вашей кровью, а не плотью, убивать в таком случае, сами понимаете, неразумно. Что касается спектакля, то разыграть все как по нотам и убедить вас в глупости обвинений в наш адрес, не составило бы никакого труда. Но вот что делать с зерном сомнения, которое без всяких сомнений поселилось в вашей душе? Ведь даже на самые безобидные вещи, вы стали бы смотреть сквозь призму услышанных обвинений… И когда нибудь мы могли оступиться. Так зачем начинать?
– Что вы решили?
– Ничего. Мы еще ничего не решили. Триумвират думает…, - Александр почесал лоб, – Вы же о нас ничего не знаете. Наверное стоит пояснить… У нас несколько иная система управления, чем вы привыкли. Во глава вампиров этой общины стоит Триумвират. Три руководителя, обладающих одинаковой властью. Я только один из них, пусть и обладающий в данный момент времени всей полнотой власти.
– Верховный вампир, – понимающе проговорил священник.
– Алукард. Мой титул звучит как алукард. Можно конечно называть и Верховным…
– А как вы относитесь к тому, что титулом Верховного вампира пользуются и другие?
– Какие другие? – непонимающе посмотрел на священника Александр.
– Ну как я слышал, титулом Верховного Вампира себя именуют сразу несколько темны… представителей вашего вида, – нейтрально закончил пояснение епископ.
– Ах вы об этих тварях! Спешу вас разочаровать, светлый. Они могут называть себя хоть верховными вампирами, хоть королями, хоть архимагами… даже императорами могут. Мне все равно. Просто потому, что они не вампиры.
– Что?
– Те существа, от нашествия которых страдают западные земли и которые называют себя вампирами, на самом деле не вампиры, а вурдалаки. Наши младшие братья, если хотите, но не советую их так называть при нас. Мы никогда не признаем это родство.
– Так они не вампиры?
