Отсмеявшись под пристальным и невозмутимым взглядом рыцаря, вампир смахнул с глаза выступившую слезу и вмиг нахмурился. Желание обратить человека никуда не делось, одной симпатией такой порыв объяснить было уже сложно. И даже наоборот, стремление усилилось, став идеей занимавшей теперь большую часть мыслей. Быстро проверив окружающее пространство на предмет магических воздействий и не найдя их, Леонид напрягся еще сильнее, начав подозревать не только ментальное воздействие, но и ловушку.
– Я капитан дружины его милости барона Блада и нахожусь тут по его приказу, – спустя десяток секунд продолжил разговор Леонид, – Никакого герцогского суда не будет, впрочем как и любого другого суда. Мой господин имел все основания наказать барона Тулия за покушение на свою жизнь и сделал это моими руками.
Лишь только услышав, кого представляет отряд атаковавший замок, рыцарь изменился лицом, а узнав причину, стал совсем бледным. Верность господину и принципам это конечно очень хорошо, но лучше бы при этом быть еще и правым. Тогда и умирать совсем не страшно. Впрочем самой смерти парень не боялся, плен или позор страшили его куда больше.
Узнав о нападении на замок господина, он поспешил собрать свое копье и быстро выдвинулся на единственную дорогу, чтобы перехватить наглецов. Ему повезло и он успел преградить им путь, рассудив, что такого количества магов в отряде быть просто не может, а значит это все простая уловка, каких-нибудь бандитов. Численное превосходство противника его тоже не смущало, он верил в честный бой и потому отказался от засады в лесу, предложенной ему сержантом. И сейчас, по всему выходило, что его ждало позорное поражение и возможно последующий плен. Два самых больших страха одновременно.
– Это ничего не меняет, – взяв себя в руки, сквозь зубы процедил рыцарь, – Сдавайтесь!
– Не глупи, парень. Чтобы раскидать твое воинство, мне хватит одного «огненного шара». Освободи дорогу и никто не пострадает.
– Честь превыше жизни!
– Ты сам напросился. Не плачь потом, – разозленный Леонид дернул поводья, разворачивая своего коня, который еще недавно красовался в конюшне барона и поехал назад.
Но как бы воевода не гневался на неожиданно возникшую проблему и парня ее доставившего, он сохранил голову ясной и подъехав к ожидающим его вампирам, отдал приказ разогнать вражеский отряд, но при этом никого не убивать без особой необходимости.
Бой был коротким. Никаких ловушек и скрытых засад не оказалось, все противники были на виду. Десяток жандармов, выдвинувшись вперед, быстро разобрался с дружинниками рыцаря, работая одними кулаками – исполняя приказ никого не убивать, никто из них не достал своего оружия. Наблюдая этот странный кулачный бой, Леонид вспомнил о шестопере Александра, которым тот так гордился и который по прежнему носил с собой, в то время как остальные вампиры предпочитали в качестве запасного оружия к палашу иметь топор. Сейчас шестоперы были бы жандармам весьма кстати, все же они не легендарные китайские монахи, чтобы с голыми руками воевать против мечей.
Когда все было закончено, пребывающих без сознания противников избавили от доспехов и положили вдоль обочины. Серьезных ранений ни у кого не было, если не считать полностью растоптанного самолюбия. Леонид вновь подошел к телу рыцаря. Желание никуда не пропало. Очень хотелось сделать парня одним из вампиров.
Но самым странным оказалось не это желание, а то, что его в той или иной мере испытывали все остальные вампиры в отряде. Люси глядя на парня даже не пыталась скрывать свои чувства, ежесекундно облизывая себе губы и плотоядно глядя на лежащее тело, а Стефания так и вовсе совершила попытку. Пришлось выставлять охрану из наиболее стойких к странному желанию вампиров. Очень уж теперь хотелось дождаться пока принципиальный рыцарь очнется.
Впрочем об этом своем желании воевода пожалел сразу, как проигравшие пришли в себя. Глядя на униженного рыцаря, который с ненавистью смотрел на него, вампир понял, что надо было уходить не прощаясь. Но менять что-либо было уже поздно. Оставалось лишь сохранять беспристрастное лицо и доигрывать партию до конца. Объяснив рыцарю, что оружие и доспехи, как его личные, так и его людей, теперь трофей победителей, а сами они свободны и вольны делать что хотят, Леонид высказал парню свое восхищение его поступком и предложил навестить его в будущем, пообещав протекцию и радужные перспективы. В ответ раздался лишь мат. До прямых оскорблений благородный рыцарь не опустился, но и так было понятно, что он думает о предложении и персоне его озвучившей.
– Всего тебе хорошего в жизни парень! Надеюсь встретимся. – продолжать разговор было бессмысленно и Леонид закончил его попрощавшись.
– Да я назло тебе не сдохну! Не надейся!
