— Эх, выпить бы сейчас чего-нибудь крепкого, — высказал пожелание Эдик.
— Врагов вот победим, тогда и напьемся, — пояснил ему я, — а пока не время.
— Что дальше-то будем делать, командир? — этот вопрос, аналогичный тамаркиному, задал Афоня, быстро проглотивший содержимое своей банки.
— По обстоятельствам, — хмуро ответил я, — если враги сюда полезут, один сценарий будет, если не полезут — другой.
— Валить надо отсюда, — выдал неожиданную ремарку Сергей, — нехорошее это место.
— Ну-ка, ну-ка, — сразу начал уточнять его слова я, — давай подробности, раз уж начал.
— Хорошо, расскажу, — тяжело вздохнул он, откладывая в сторонку опустевшую банку из-под венгерской закуски, — пять раз где-то я вывозил отсюда закрытые гробы с грузом 200, причем все они из этого вот цеха выносились. А опять же из разговоров тутошних вояк я краем уха слышал, что диагнозов этим трупам так никаких и не поставили — умер типа Максим, да и хер с ним.
— И когда последний такой вывоз случился? — уточнил я, сам не знаю зачем.
— Когда-когда… — начал вспоминать Сергей, — да месяц назад, не позже. Да-да, август на дворе стоял.
— И куда ты эти гробы отвозил? — спросила Тамара.
— Не доезжая до Города есть небольшая ветка направо, в Синюганские болота ведет. Там какой-то филиал этой вот в/ч, туда и отвозил… и сдавал под расписку.
— А потом что?
— Потом возвращался на магистраль и разгружал товар на сортировке…
— Вот с этого места поподробнее, — попросил я, — что за сортировка, где находится, что рядом?
— Пригородный район это, — пожал плечами Сергей, — километров десять от центра Города… рядом промзона и пустыри какие-то, больше ничего.
Не то, подумал я, промелькнула у меня какая-то умная мысль, но сразу уплыла куда-то.
— Окей, я тебя услышал, — сказал я Сергею, — место нехорошее, то-се, надо убираться. Осталось только придумать, как и куда…
Но ход нашей дискуссии тут был нарушен самым беспардонным образом — въездные ворота вдруг взяли и разлетелись в разные стороны, левая половинка свалилась на пол, а правая осталась болтаться на петлях, жалобно поскрипывая. А в проеме этих ворот во всей своей красе нарисовался наш практически родной тепловоз с санаторского разъезда…
— Всем вон в тот угол! — первым отреагировал я на изменение обстановки, а следом сразу добавил, — Тамара, забери остатки левитина из бака!
Четверо немедленно отправились к вагонеткам, Тамара в другой конец зала к конвейеру, а я остался возле люка прикрывать их отход. Но пока что прикрывать было не от кого — из локомотива никто не выходил… через полминуты Тамарка вернулась и доложила, что забрала все, что смогла.
— Отлично, — похвалил ее я, — а теперь медленно передвигаемся вслед за остальными.
— Чего это никто оттуда не вылезает? — кивнула она в сторону стоящего в воротах тепловоза.
— Я не больше тебя знаю, — огрызнулся я, — может, смотрят на наши действия, может, гадость какую замышляют…
И в этот момент от ворот раздался усиленный мегафоном голос Гриши, я его сразу узнал.
— Второй раз вам предлагается сделка, — проревел он, — оставляете Эдуарда и чемодан, а сами садитесь на тепловоз и валите на все четыре стороны.
— А если мы откажемся? — прокричал я в ответ.
— Тогда вас всех закопают, как Толика с Верой, — любезно пояснил Гриша.
— Мы посоветуемся, — снова прокричал я ему, медленно, но неуклонно смещаясь в угол зала с дырой в стене.
И по-прежнему никаких телодвижений возле локомотива я не наблюдал, что мне показалось довольно странным. Афоня, Анвар, Сергей и Эдик стояли кучкой возле ближайшей к стене вагонетки и ждали, очевидно, что я им скажу.
— Условия все слышали? — сказал я, — какие будут мнения?
— А пусть он и топает туда, вместе с чемоданом, — первой высказалась Тамарка, — чего нам всем из-за одного страдать.
— Если так стоит вопрос, то ладно, могу пойти, — бросил Эдик, — только обманут же они вас, как пить дать разведут, как кроликов. Им чемодан нужен, а все остальные не…
— Ну давайте чемодан отдадим, — предложил Анвар, — а Эдика тут оставим.
— Можно попробовать… — нехотя согласился я, — ждите тут, я на переговоры пошел.
— Эй, вы там, на шхуне, — крикнул я, приложив руки ко рту рупором, — есть встречное предложение.
— Выкладывай, — проревел мегафон.
— Мы отдаем чемодан, а Эдика оставляем у себя — зачем он вам? На этом и расходимся краями…
— Теперь нам надо подумать, — донеслось из локомотива.
— Ну думайте, — ответил я, возвращаясь к товарищам по несчастью.
— Мы все слышали, — ответил за всех Эдик, — какие у нас переговоры интересные, прямо как в Анголе в 90-м году.
— А что было в Анголе в 90 м? — заинтересовался я.
— Да там правительственные вояки закусились очередной раз с Унитой, окружили их подразделение в лесу, а потом двое суток друг к другу парламентеров засылали.
— И чем все кончилось?
— Да подвезли две установки Градов и покрошили Униту в окрошку — этим все и кончилось.
— Боюсь, у нас тоже к этому все придет… — выдала свое мнение Тамара.
— Давайте лучше решим — если они не согласятся, что делать будем? — перешел к делу я.
