В городском морге было мрачно и тихо. То и дело сновали по коридорам люди в белых халатах. Альба уже вытерла слезы и шла вперед, прислушиваясь к каждому звуку. Она попросила Франко подождать в машине, ведь если он начнет ее успокаивать, то все напускное спокойствие рухнет.
– Мистер Браун, со всем уважением. Но, кем Вы, простите, доводитесь покойной?
– Она работала на меня, выполняла некоторые поручения. Я хорошо знаком с мисс Диас. Был знаком. Это она. Вам недостаточно моих слов?
– Я все понимаю, но Хизер Диас указала в своих медицинских документах совершенно другого человека. И эта девушка скоро должна быть здесь. Сенатор, прошу Вас, таковы правила.
Альба столкнулась в дверях с высоким мужчиной. Это был охранник сенатора. Следом вышел и сам Роберт Браун. Когда она последний раз разговаривала с подругой, та назвала имя отца. Все же с сенатором у нее не было почти ничего общего. Лишь глаза были очень похожи. Он не представился ее отцом и не стал узнавать, как помочь с похоронами. Ему лишь нужно было, чтобы смерть Хизер была официально подтверждена. Странный человек. Хотя, сенатор не стал бы скорее всего афишировать незаконнорожденную дочь.
– Здравствуйте. Я Альба Калассо.
– Здравствуйте. Примите мои соболезнования.
Девушка молча кивнула. Оттягивать момент было незачем. Все равно придется перебороть свой страх и взглянуть на тело.
– Я готова.
Мужчина подвел ее к столу и убрал простынь. Альба лишь на мгновение отвернулась и заметила в дверях охранника сенатора.
– Не нравится мне все это – подумала она.
– Я понимаю, почти все обгорело – прервал ее мысли сотрудник морга – Вот этот кулон был при ней. И остался нетронутым небольшой участок кожи с татуировкой.
Альба проследила за его рукой. У подруги никогда не было татуировок. Но и кулон свой она никогда не снимала. Все-таки сенатор что-то скрывал. Хизер должна быть жива.
– Это она – Альба закрыла лицо руками, чтобы скрыть улыбку и всхлипнула – Где нужно подписать?
Она найдет подругу, но сейчас ей нужно отвлечь внимание. Пусть несостоявшийся папаша считает, что все идет по его плану.
Альба действительно радовалась возвращению домой. Но все омрачалось одним событием. Похоронами. Все эти люди вокруг так мало знали о настоящей Хизер. Как много было обманщиков и лицемеров. Альба осторожно наблюдала за присутствующими. Где-то в толпе прятался тот самый амбал из охраны сенатора. Девушка сделала вид, что не заметила ничего. Она и правда не хотела замечать. Все ее мысли были заняты поиском подруги. Телефон отследить оказалось невозможно, и в ноутбуке никаких зацепок не было. Единственная ниточка, что могла помочь ей – отец Хизер. Но к сенатору не так легко было подобраться.
– Как ты, доченька? – Карла коснулась ее руки. Немного косметики и сходства с Видами как не бывало. В дополнение ко всему, лицо скрывала темная вуаль.
– Я стараюсь держать себя в руках, мам. Макс пришел сюда с новой пассией. Хватило же наглости.
– Мы справимся с этим, родная моя.
В этот момент она не могла сдержать слезы. Альба плакала от обиды за подругу, от безысходности и чувства несправедливости. В последнее время ее настроение менялось так часто, что предугадать его было просто невозможно.
После похорон девушка вновь заперлась в своей комнате и никого к себе не впускала. Она зажигала ароматические палочки, но спустя несколько дней они перестали успокаивать, а наоборот вызывали головную боль.
Альба захлопнула шторы плотнее и устроилась в кресле. День и ночь монотонно сменяли друг друга и она отвлеклась от своей неудавшейся любви. Но что-то не давало покоя. Взгляд упал на настенный календарь и девушка замерла.
– Черт! Черт возьми! Как же так… – закричала она – Как же я упустила этот момент. Санде, чтоб тебе тошно было, засранец такой.
Альба накинула куртку и выбежала из дома. Пока у нее не было своей машины, она позаимствовала у брата. Путь до ближайшей аптеки был для нее моральным испытанием. Она боялась, что предположение окажется верным. Уже дома ходила кругами, волнуясь перед следующим шагом. Но тест все же показал положительный результат. Альба рассмеялась, затем смех превратился в истерику.
– Должно быть около четырех недель, чертов ты паршивец, Санде.
Альба так и заснула в обнимку с подушкой на полу. Понимание того, что она беременна, сводило ее с ума.
Она проспала до утра. Сразу после пробуждения голодный желудок дал о себе знать. Безумно хотелось мяса и пришлось выйти из комнаты. Альба знала про чуткое обоняние Новых Видов, поэтому предварительно зажгла рядом с собой ароматическую палочку, окурила одежду и волосы. Кто знает, может беременность изменила её настолько, что Карла или Франко смогут узнать об этом. Девушка выглянула из комнаты. Все уже собрались в столовой. Запах жареного мяса витал по всему дому и желудок Альбы заурчал.
– Доброе утро.
– Доброе утро, доченька. Ты чувствуешь себя лучше?
– Да, уже намного лучше. Очень кушать хочется.