Вампир поднялся со своего места и произнес:
– А меня зовут Себастьян Нортон, и я вампир, как ты уже знаешь, – он взял мою руку и поцеловал мои пальчики.
– А я дроу, то есть темный эльф, и моё имя Эдриан Кроу, – проговорил шатен и перехватил мою руку у вампира, чтобы поцеловать мне запястье.
Я быстро забрала свою руку обратно и внимательно посмотрела на каждого из них, а они как-то выжидающе уставились на меня. Почему они на меня так смотрели? Чего ждали? Или они ожидали, что их имена должны что-то для меня значить? А может ждали, что я тоже представлюсь? Ох, ну конечно же.
– Алесандра …Браун, – добавила я через паузу.
Они все как-то нахмурились, а я же поспешила ретироваться поскорее в общество орков. Нужно было выдвигаться в путь.
После обеда мы проезжали мимо пепелищ поселения Водяной крысы. Да зрелище было отвратительное. Мертвые тела людей и лошадей все ещё лежали вповалку. Они уже были изрядно потрепаны дикими хищниками, и над ними кружили стаи стервятников. Я видела, как побледнел Эрик, как напряглись его друзья.
Мой взгляд зацепился за тело в сверкающих доспехах. Командир лежал в неестественной позе и уже потерял оба глаза. Да, а ведь мы его предупреждали, что не хотим крови. А он был так в себе уверен и высокомерен… Что ж, теперь его самоуверенность не стоит и ломаного гроша.
Я спешилась и подошла ближе к мертвым телам, с понурым видом рассматривая их.
– Что с тобой, Сандра? – услышала я голоса Тордена и его братьев. Они подошли совсем близко и Саур положил свою теплую ладонь на моё плечо.
– Я не хотела их смерти. Все это так ужасно. Ужасно осознавать, что они умерли от моей руки.
Я непроизвольно стала бормотать стихи А.С.Пушкина, сама не знаю почему, но вспомнила именно его маленькую трагедию «Пир во время чумы».
– Погромче, Сандра, что ты там шепчешь? – проговорил мне Ворт.
– Стихи, – коротко ответила я, – А точнее не стихи, а песня из одной трагедии одного великого поэта.
– Спой нам, – попросил меня Саур, – Пожалуйста.
Я пожала плечами и запела песню Мэри:
Было время, процветала
В мире наша сторона:
В воскресение бывала
Церковь божия полна;
Наших деток в шумной школе
Раздавались голоса,
И сверкали в светлом поле
Серп и быстрая коса.
Ныне церковь опустела;
Школа глухо заперта;
Нива праздно перезрела;
Роща тёмная пуста;
И селенье, как жилище
Погорелое, стоит, —
Тихо всё. Одно кладбище
Не пустеет, не молчит.
Поминутно мёртвых носят,
И стенания живых
Боязливо бога просят
Упокоить души их!
Поминутно места надо,
И могилы меж собой,
Как испуганное стадо,
Жмутся тесной чередой!
Если ранняя могила
Суждена моей весне —
Ты, кого я так любила,
Чья любовь отрада мне, —
Я молю: не приближайся
К телу Дженни ты своей,
Уст умерших не касайся,
Следуй издали за ней.
И потом оставь селенье!
Уходи куда-нибудь,
Где б ты мог души мученье
Усладить и отдохнуть.
И когда зараза минет,
Посети мой бедный прах;
А Эдмонда не покинет
Дженни даже в небесах!
Наступила гнетущая тишина. Молчали все, даже орки впали в тягостное раздумье. Лишь мои мужья пристально смотрели на меня с какой- то странной эмоцией во взгляде.
Я не знаю зачем, но я подошла к оборотню ближе.
– Послушай, я не хотела никого убивать, – проговорила я хмуро, – Я могу поклясться вам своей магией, что наше племя действительно было не причастно к тем нападениям, про которые говорил нам этот человек. И мы не должны были отвечать за чужие деяния, хоть бы даже и орков. Мы не солгали ни в чем, а он все равно решил напасть. Мы лишь защищались.
Я внимательно посмотрела на оборотня:
– Ты бы поступил по-другому? – спросила его я.
Он покачал головой и произнес.
– Давай не будем больше говорить об этом, – проговорил он хмуро.
Я согласно кивнула.
Спустя пару часов мы въезжали в поселение. И я действительно была рада этому, словно домой вернулась. А если вдуматься, ведь у меня никогда не было своего дома в этом мире. Раньше я считала своим домом академию, но теперь в империи я была персоной нон грата. Конечно, еще оставалось родовое имение Алисье в княжестве Леклер, но и там наверное я уже никогда не смогу появиться. Обидно.
Нас встречало все население племени, все орки и орчихи, и даже детишки высыпали на улицу.
К нам подошел улыбающийся Менор.
– Вождь, са́ма Сандра, – учтиво поклонился нам глава боевой дружины, – Наконец-то вы вернулись.
Затем его взгляд упал на моё запястье и троих мужчин, спокойно стоящих за моей спиной.
– О боги, наша са́ма взяла себе мужей! – громко и весело крикнул он.
Ко мне подошла ведьма Кора и расцеловала в обе щеки:
– Поздравляю, девочка! Какие симпатичные. О, да они еще и маги?! Оооо, – довольно протянула женщина.
Ко мне подошли орчихи, и увели за собой, то и дело осыпая меня поздравлениями и пожеланиями счастья и мира в доме. Да уж, блин… Я равнодушно принимала поздравления и пожелания, мне так хотелось скорее оказаться дома, помыться и отдохнуть.
Не успели мы войти в мой дом, как Эрик бесцеремонно отодвинул меня в сторонку и прошелся по комнатам как бы принюхиваясь.
– Я чувствую запах мужчины, старый запах и старого мужчины, – проговорил задумчиво оборотень.
Я согласно кивнула.
