Взгляд притянулся к внушительной высоты стене с органично вписанными в нее грозного вида башнями. По всему периметру стены, по самому верху шла хорошо укрепленная галерея. Там, наверху, нет-нет да мелькали светлые одежды защитников.
— На заднем дворе у нас выбит колодец, — спокойно проговорил старик, — там берем воду прямо из подземного хранилища. Там же мастерские, кузница, есть даже своя мельницы. Хочешь посмотреть?
— Я не думаю, что в этом есть смысл… — так тихо проговорила я, чтобы никто не расслышал.
Через время, пропетляв по неприметным улочкам, мы буквально выпали к небольшому неприметному зданию. Старик приглашающе распахнул дверь и указал, чтобы я проходила внутрь. Справедливо рассудив, что хуже все равно быть не может, тем более какой вред мне могут причинить в библиотеке, я осторожно шагнула внутрь. Хотели бы, давно бы уже расправились со мной, и я ничего не смогла бы сделать.
С любопытством поведя носом, я замерла в восторге, не в силах утереть побежавшие слюни. Вот бывает, ты что-то очень сильно хочешь, из кожи вон лезешь, чтобы получить это. А потом вдруг происходит чудо и то, чего ты так страстно желала, вдруг оказывается у тебя в руках, когда ты уже отчаялась это получить.
Покружив на месте и стараясь взглядом охватить как можно больше, я едва в ладоши не хлопала от переполнявших меня чувств.
Старик следим за моими манипуляциями с нескрываемым интересом, а вот Вернер с сарказмом ляпнул:
— Будто бы и читать даже умеешь?
— А вы мне не тыкайте, я с вами без свидетелей под луной не гуляла, — с достоинством отрезала я, пресекая всячески попытки пообщаться со мной.
Заприметив рядом с собой на толстом переплете одной из книг, знакомый знак в виде посоха с двумя извивающимися змеями, я тут же выдернула приметный том с полки. Обложка — настоящее произведение искусства, вряд ли даже в Библиотеке имени Ленина есть что-то подобное, хотя я там частый гость!
— Интересуетесь искусством Асклепия? — напряженным голосом поинтересовался Великий Магистр и сел в одно из роскошных кресел, располагавшихся здесь же.
Открыв выбранную книгу, я с ужасом уставилась на вполне знакомые картинки распотрошённых тел с известными комментариями на латыни. Только вот само расположение этих тел меня очень сильно смущало. А еще больше напрягали непонятные знаки, какие-то странные точки и кружочки, которые для древнего медицинского трактата были бы совсем не в тему.
— Чувствуется вопрос с подвохом… — размеренно ответила я.
Открыв книгу наугад почти в самом конце, я с омерзением уставилась на особо отвратительное изображение. Живот кричащего человека был вспорот, а за его размотанные кишки держались жутко скалящиеся существа, которых у нас называют демонами и чертями. Зрелище было не для слабонервных.
Не желая больше любоваться этим приотвратным зрелищем, я убрала книгу на то самое место, где и взяла ее, а брать что-то другое уже расхотелось. А вот вымыть руки в щелочном мыльном растворе, я бы согласилась сейчас, не раздумывая.
— Что это за мерзость?
— Мерзость? — едва не сплюнул отчего-то опять разозлившийся Вернер, — твое же пособие, не узнала?
Не дожидаясь ответа на свой вопрос, он не спрашивая разрешения Великого Магистра, круто развернулся и буквально вылетел из библиотеки. Через секунду очень громко хлопнула входная дверь.
Будь он немного проще в общении, я бы с удовольствием ему помогла и раздобыла какой-нибудь рецептик для нервов получше…
Вспомнив не понятные формулы и знаки, от которых веяло каким-то ужасающим холодом и неконтролируемым страхом, меня передернуло:
— Если бы это была просто анатомия, я бы поняла еще подобную претензию, но к этой гадости я не имею никакого отношения.
— Но знак, посох Асклепия, ты явно узнала, — слегка усомнился Магистр, а я даже руками всплеснула от необоснованности обвинения:
— Что там узнавать-то! Был у нас такой древнегреческий бог врачевания, а вот этот самый посох выступает в мифах, как символ связи с природой и землей. Только и всего! Что за реакция?
— Бог значит… — усмехнулся старик, — интересный у вас мир, не пуганный по ходу.
К его фразе я отнеслась достаточно прохладно и даже с некоторым понимаем. Может конечно в этом немаловажную роль сыграло то, что я была продвинутым дитем двадцать первого века и как многие время от времени почитывала фантастическую литературу. Поэтому о всяких переносах имела представление, хоть и поверхностное. Впрочем, существуют научно обоснованные теории о параллельных мирах…
— А у нас Асклепий известен как способный воскрешать мертвых, даже целое учение организовал, у него появилось много последователей… Правда, лет тридцать назад всю его деятельность объявили вне закона.
— И вы меня сюда привели, чтобы это рассказать?
— Да нет, конечно, это всего лишь один из вопросов.
