— О, у миледи еще и ангельский голос, я сражен… — мужчина со сказочной актерской внешностью, которому впору бы блистать в главных ролях где-нибудь во МХАТе, склонился передо мной в глубоком поклоне. Я немного посторонилась, чтобы меня не задели взметнувшиеся полы белого плаща с нашитым золотым крестом. Здесь вообще многие предпочитали подобные накидки, видимо установленная Орденская форма.
— Я туркоплье Ордена Солнца, только утром прибыл с выполненным заданием, спешу на аудиенцию к Магистру, но вижу, что он немного занят. И тут увидел вас… Великий Создатель, у вас великолепные глаза, такой редкий цвет… Еще ни одна женщина не блистала такой зеленью драгоценных изумрудных глаз, как вы… Решительно извините за бестактность, но у вас такие короткие волосы… Вы прибыли издалека? Кто вы, ангел?
Впору было закашляться и сбежать от чересчур эмоционального кавалера. Может кому-то и нравятся подобные экземпляры, которые с первой же секунды растекаются лужицей у ног, хотя даже не знают, как тебя зовут и что ты есть вообще, но меня подобное поведение только пугало.
— Я очень даже издалека, вы про мои земли вряд ли что-то слышали, — осторожно отодвинувшись еще на пару сантиметров, пробормотала я, мечтая испариться отсюда, — что за зверь такой, турко… Поле… Турок что ли?
— Туркополье, — с придыханием ответило мне это чудо, пытаясь завладеть моей ладонью, которую я до поры, до времени успешно прятала то в карманах кожаной курточки, то за спиной, при этом совершенно по-дурацки улыбаясь ему.
— Я управляю небольшим отрядом из братьев-служителей и выполняю особые поручение командора или самого Великого Магистра… Как же вас зовут, прелестное создание? Я сражен вашей не здешней красотой, изящностью линий божественной фигуры, а ваша белая шея…
— Я тоже сражен, — мрачно выдал Вернер, как тень, возникая за спиной у говорившего.
Ей-богу, я обрадовалась ему как родному, и пользуясь моментом, тут же мышкой юркнула ему за спину. Он мой быстрый маневр явно оценил, судя по мелькнувшему во взгляде одобрению, но сказал, обращаясь к туркополье:
— Вы что-то хотели от Великого Магистра?
— Я рад, что он, наконец освободился, брат мой Вернер, — с доброжелательной улыбкой ответил турок, как я про себя его окрестила, не в силах запомнить правильное название его должности, — может быть, вы мне скажете, как зовут этот дивный цветок? Она слишком робка, чтобы пролить свет на это, хотя я уверен, что ее имя столь же прекрасно, как и зелень ее глаз…
Готова поклясться, но Вернер едва не рычал, правда, не знаю почему. Видимо все дело было именно в этом туркополье.
Весьма не вежливо дернув меня за руку, он бросил на ходу, что «это совсем не важно» и силой повел меня за собой. Протащив так по улице несколько кварталом, словно это была не крепость, а целый город, он наконец остановился и попытался прижать меня к стене. Если он добивался, что я оценю его физическое превосходство над собой и теперь при каждом его появлении на горизонте буду съеживаться в жалкий комок, то он слегка просчитался. Конечно, физическое превосходство нередко значило очень многое, но для меня важнее был скорее внутренний дух. Так что хорошо развитыми мышцами меня не напугаешь, тем более, что сама в детстве активно занималась спортом и знаю, как сделать их повнушительней и рельефней, что не значит выносливей!
— Девочка, ты еще не поняла, что ты не дома? Что он хотел от тебя?
Деловито сбросив ручищу Комтура со своего плеча, просто для того, чтобы у меня не осталось синяков, я сделала вид, что вообще не понимаю о чем речь:
— Откуда я знаю, догоните его и спросите. Но мне кажется, что я просто ему понравилась. У красивых женщин вообще всегда много поклонников, вы не знали?
Видимо от избытка чувств, мужчина широко раздвинул ноздри, словно изображал быка на корриде. Потом он максимально приблизил свое лицо к моему носу. Вкусно пахнуло лимонником, смешанным с мятой и чем-то еще терпким, безумно бодрящим сознание.
— На ближайший год можешь об этом забыть, ты сейчас собираешь свои вещи и отправляешься прямиком в аз-Зайтун. Великий Магистр приказал сопроводить тебя, хотя я бы с удовольствием передал эту повинность кому-нибудь другому.
Великий Магистр, а ведь только вечером вы меня с большим энтузиазмом уверяли, что кто-кто, а Вернер ни за что не согласится отправиться со мной в дорогу. Интересно, что же изменилось? Не то ли, что кто-то меня ищет? Надо будет, кстати, уточнить этот вопрос при первом же удобном случае.
Подумав об этом, я резко затормозила. Что значит повинность? Как будто я не женщина с в общем-то легким характером и без особых заморочек, а существо из Ада. Эдакое сплошное наказание и находиться рядом со мной больше минуты смерти подобно.
Решив, что точки на «и» лучше расставить прямо сейчас, чем выяснять отношения прямо в дороге, я выпрямилась и глядя, в напоминавшие грозовые облака глаза мужчины, спокойно проговорила:
