- Товарищ у тебя по какому вопросу?
- На работу просится...
Мужчина скептически и насмешливо оглядел Капранова и почти весело сказал:
- Мы вряд ли сможем помочь товарищу в этом вопросе.
- Я вот как раз и объяснял... - радостно заулыбался от неожиданной поддержки кадровик. - Вот вам и директор автобазы говорит, раз вы мне не верите.
Директор, уже не слушая, шагнул в двери, ему было явно некогда, но тут стал подниматься из-за стола Капранов, собираясь уйти, и они столкнулись.
Папки из-под локтя директора скользнули на пол. Капранов с удивительным проворством бросился поднимать их, бормоча под нос извинения. На одной из папок красовалась фамилия Пушков, а на второй - Пушкова. На третьей папке значилась фамилия некоего Стрекалова.
Полковник успел прочитать фамилии, собирая папочки на полу, и сидя на корточках протянул их директору. И натолкнулся на пристальный взгляд голубых холодных глаз. Подполковник сразу понял, что директор заметил его любопытство, проявленное к папкам.
Он жестом остановил извинения Капранова, и сказал:
- Мы вас больше не задерживаем, гражданин.
И стоял в дверях кабинета кадровика, провожая Капранова взглядом до выхода, словно в спину его подталкивая.
Выйдя, Капранов побрёл к воротам. Административное здание было в самой глубине автопарка, и идти на выход, к проходной, надо было через весь огромный двор. Он не торопился.
Заметив неподалёку от здания администрации место для курения, подошёл к стоявшему рядом автомату с газированной водой, удивившись тому, что они где-то ещё есть эти уже подзабытые автоматы, напился холодной, бьющей в нос пузырьками, воды, и присел на скамейку, которая вилась кольцом вокруг врытой в землю бочки с водой. Сидевшие в курилке трое мужчин тут же прервали свой и без того вяло текущий разговор.
Капранов оглядел их. Всем троим было лет по сорок пять-пять десят.
- А меня вот не приняли, - с завистью сказал он, оглядывая му жиков.
Те переглянулись с каменными лицами и равнодушно пожали плечами. На всех трёх были одинаковые чистенькие синие комбинезоны с яркой, жёлтыми буквами лихо выведенными надписями номера автобазы на спине.
- Не тужи, - неожиданно буркнул старший мужчина лет пятидесяти, нервно комкавший в руках тряпку. - В концлагерь попасть успеешь.
Его сильно толкнул в бок сосед, глазами указав на здание администрации.
- А что я не так сказал?! - неожиданно разозлился тот, что с тряпкой. - Я правду сказал.
- Какой же тут концлагерь? - удивился Капранов. - Чистота у вас, порядок, спецовочки в порядке, техника ухоженная, машины с иголочки, я же сам видел.
- В концлагере тоже порядок, - проворчал безнадёжно третий мужчина.
- Так что ты не тушуйся, мужик, что не приняли тебя, не очень печалуйся, зарплата здесь, конечно, высокая, - успокоил Капранова тот, что первым ответил ему, - но и порядочки тут такие, что врагу не пожелаешь.
- А чего же вы тогда тут работаете? - деланно удивился Капранов.
- А ты посмотри кто тут работает. В основном нашего с тобой возраста мужики, кому больше деваться некуда. Молодых почти нет никого.
- Молодых и не берут сюда.
- А почему же тогда меня не взяли? - удивился подполковник. - Я-то не молодой уже.
- А с улицы тоже не берут, - ответил усмехнувшись всё тот же мужчина с тряпкой.
- Чем же так плохо у вас? Начальник вроде такой интеллигентный мужчина, современный.
- Фашист он, этот начальник! - взорвался тот, с тряпкой, не обращая внимания на соседа, дёргавшего его за рукав. - Да чего ты меня дёргаешь?! Скажешь не так?
- Давно он у вас работает, ваш начальник? - поинтересовался Капранов.
- Лет двенадцать уже. Он сначала был главным механиком, вроде ничего мужик, как приватизировали предприятие, его директором выбрали, старый помер от инфаркта, крепкий мужик был, строгий но справедливый, а этот вроде как какой-то родственник бывшего, вот его выбрали, и как подменили человека.
Мужчина яростно сплюнул под ноги.
- А не у вас, случайно, работает Гена Пушков? - спросил небрежно подполковник.
- Да это первый прихвостень Резника, директора нашего, самый что ни на есть фашист... - мужчина с тряпкой осёкся и спросил, - а ты откуда его знаешь?
Молчавший до этого мужчина встал, сплюнул, что-то пробормотал злое, бросил сигарету и вразвалку пошёл к административному зданию.
- Петька начальству жаловаться побежал, - забеспокоился один из собеседников Капранова, и потащил товарища за рукав. - Пойдём, Паша, отсюда.
Паша встал со скамейки, оглянулся на административное здание, бросил сигарету и сказал Капранову:
- Ты бы, мужик, тоже шёл отсюда поскорее, а то у нашего начальства разговор короткий, оно у нас своих трепачей и чужих любопытных не любит.
Но разойтись они не успели, только все трое отошли на несколько шагов от курилки, как к ним подошли двое здоровых парней, выскочивших из административного здания. Один из них взял Капранова за локоть:
- Вас просили зайти в дирекцию.
- Да я только оттуда, ребятки, - сделал непонимающее лицо Капранов. Отпустите вы мужика, чего привязались? - бросил в сердцах тот, с тряпкой, кого назвали Пашей. - Он насчёт работы сюда приходил.
