Человек останавливается у витрины с часами, заходит внутрь и спрашивает:
— Могу ли я починить у вас часы?
— Мы здесь совсем не чиним часы.
— А что же вы делаете?
— Мы делаем обрезание.
— Почему же у вас в витрине висят часы?
— А что бы вы предложили туда повесить?
Диалог на почте:
— Когда уходит почта на Бердичев?
— Каждый день.
— Ив среду тоже?
— Новобранец Кац, почему солдат должен быть готов отдать жизнь за государя?
— И в самом деле, господин лейтенант, почему?
Хайм встречает своего старого учителя математики.
— Ну, как у тебя дела? — спрашивает тот.
— Прекрасно. Я занимаюсь торговлей.
— Но ты же считал хуже всех в классе!
— Зато теперь все изменилось. Я покупаю товар за рубль, продаю за три и на эти два процента неплохо живу!
Сидит группа приятелей в кафе, играют в карты, пьют пиво. У одного — сердечный приступ, он умирает. Друзья решают послать кого-нибудь к жене покойного, осторожно ее подготовить. Приходит, стучит в дверь. «Здесь живет вдова Когана?» — «Здесь, но не вдова, а жена». — «Хотите пари?»
— Пообещай мне, — говорит умирающая жена мужу, — что помиришься с моей матерью и попросишь ее прийти на мои похороны.
— Ладно, если уж ты так хочешь. Но имей в виду, что этим ты испортишь мне все удовольствие!
— Сколько вы бы дали за мою жену?
— Я? Ни гроша не дам.
— Договорились!
Учитель:
— Кто двигается быстрее — голубь или лошадь? Мойша:
— Если пешком, то лошадь.
Врачу:
— Когда я наклоняюсь вбок, а потом изгибаюсь и в то же время одну руку сверху, а другую снизу заворачиваю за спину, то у меня страшно болит все тело.
— А для чего вам такая гимнастика? — удивляется врач.
— А как, по-вашему, я могу иначе надеть пальто?
Хайм приходит к Мойше и видит, что тот через щелку заглядывает в ванную.
— Мойша, что ты делаешь?
— Смотрю, как жена моется!
— Ты что за двадцать лет не видел ее голой?
— Голой-то видел. Но чтоб она мылась…
— Вы знаете Рабиновича?
— Нет.
— А Гроссмана знаете?
— Нет, тогда уж скорее Рабиновича.
Что такое последовательность?
А что такое непоследовательность?
Сегодня
Поперек улицы лежит бревно. Подъезжают на повозке два еврея и принимаются обсуждать, что тут можно сделать. Появляется еще одна повозка. Плечистый крестьянин соскакивает с нее и оттаскивает бревно на обочину.
Мойша говорит Хайму с презрением:
— Сила есть, ума не надо!
— Ты знаешь, Изя, когда я вижу, как ты гуляешь по бульвару, я вспоминаю Зяму.
— Почему Зяму?
— Он тоже мне должен и не отдает.
