– А что было делать? – она по–взрослому вздохнула и развела руками. – Мужики, они такие! Пришлось решать самой!
– Ну да, иначе и не скажешь. – Я с трудом подавила улыбку и посмотрела на Люцифера. – Видишь их? На нас лежит ответственность – какой мир мы оставим им, понимаешь?
– Мне на это глубоко плевать. – Досадливо поморщился он.
– Кто бы сомневался. – Оставалось лишь с горечью усмехнуться. – А вот мне не плевать!
– Тебе, вероятно, еще на кое–что не плевать, – вкрадчиво прошептал мужчина. – Ты обвинила меня во всех мыслимых грехах, но мне не привыкать. А как насчет того, чтобы вспомнить, что сделал он? – кивок на Драгана. – Почему ты сбежала от него из своего мира в этот? – его полыхающий лед ворвался в мою душу.
Здесь это длилось несколько секунд, а там, среди воспоминаний Касикандриэры, прошли часы. Часы боли от предательства любимого человека, обмана и жутких последствий того, что он сделал, приняв решение за меня. Я слышала эту историю от Моа не более часа назад, но пережить ее, испытав все мучения, что выпали на мою долю в той жизни, это было совсем другое! Утопая в этой боли, я встретилась глазами с Гораном. Сознание сбоило. По лицу потекли слезы.
– Родная! – он побледнел и протянул ко мне руку. Душу словно ошпарило. Отшатнувшись, я начала пятиться и спиной вперед вышла из шатра. – Саяна! Очнись! – Драган догнал меня, прижал к себе и не отпустил, даже когда полыхнули мои Крылья. – Все хорошо, любимая, вернись, умоляю!
Его слова словно шли сквозь вату в моих ушах. С трудом приподняв голову, я посмотрела в его лицо, постепенно приходя в себя. Воспоминания Касикандриэры медленно уходили, словно взвесь в воде плавно оседала на дно. Надо с этим что–то делать.
Не хочу растворяться в ней. Мир не зря устроен таким образом, что мы не помним прошлых жизней – это необходимость. Нам дано лишь испытывать иногда озарение на краткий миг, но это сродни погони за призрачной тенью, которую заметили краем глаза, не более. Прошлое должно оставаться в прошлом.
– Не может быть! – шипение Люцифера заставило меня вздрогнуть. – Почему?! Ему ты прощаешь?! Не бывать тому! – его лицо исказилось, словно наружу через кожу проступили мышцы. В глазах закрутились черные смерчи. На поверхность проступила истинная душа падшего Архангела.
Я поняла, что он хочет сделать, за мгновение до того, как из–за его спины со свистом взвился в воздух хвост, и едва успела оттолкнуть мужа. Удар, предназначенный любимому, вошел в мое сердце – черным шипом на конце трезубца. Он прошил меня насквозь, как пуля. Крик Горана слился с воплем демона, обожженного кровью Ангела. Люцифер отступил, выдернув хвост из моей груди. Драган бросился ко мне, успев подхватить оседающее тело.
– Так даже лучше! – прошипел хозяин ада, скалясь в ухмылке. – Ты станешь демоницей, как и задумывалось!
– Никогда! – процедила я, борясь с разрывающей тело адской болью.
– С моим ядом тебе не справится! – стерев мою кровь со своего хвоста полой пиджака, он направился ко мне. – Я сделаю твою душу камнем, и ты подаришь мне господство над Осью бытия! А потом я верну тебя! И ты навсегда останешься здесь, со мной! Чтобы принадлежать аду и мне!
– Нет! – рявкнул Горан. Осторожно передав меня Ковачу и Спиро, он встал и преградил дорогу Люциферу.
– Смеешь вставать на моем пути? – тот расхохотался. – Ты, санклит? Да ты лишь земная шелуха, которая будет втоптана в грязь! Моя Касикандриэра, став демоницей, и не вспомнит о тебе!
– Ты не прикоснешься к ней, пока я жив!
– Пока ты жив? Это легко исправить!
С ужасом глядя, как эти двое поперли друг на друга, я перестала ощущать боль от яда – потому что ужас взорвал душу куда более сильными мучениями. Тошнота встала кислым комком в желудке, не дав возможности закричать. Глаза цеплялись за выцветающую картинку – скоро обморок.
Собрав силы, я успела увидеть, как Горан срывает с пояса мешочек и высыпает содержимое в лицо Люциферу. Тот отступает, закрыв лицо руками. Геенский песок! Тот самый, из высохшей лавы, которая ищет демонов, чтобы исполнилась воля Господа! Молодец! Отличная идея!
Меня осенило. Сквозь пелену боли я приподнялась и всмотрелась в адскую пустыню. Тату на запястье начало пульсировать, словно туда переместилось сердце. Еще немного, совсем чуть–чуть! Чувствую его! Да! Вот он, поднимается на горизонте! Надеюсь, гаснущий разум не принимает желаемое за действительное. Господи, помоги!
