— Вот ещё! — её предположение было встречено с неподдельным возмущением и даже гневом. — Бегемот редко захаживает в наши края, а в последние лет десять и вовсе не покидает свои излюбленные Патриаршие. Но в чём-то ты угадала, пожалуй... Я — одно из его многочисленных фан-отражений. А поскольку сущность я многоплановая, то и фамилии-имени не ношу. Я выше этого.
— Ну извини, — отозвалась Рита, размышляя, что имелось в виду под "фан-отражением". — Не знала.
— А ведь ты нездешняя, — "многоплановая сущность" прозорливо сощурилась; зелёные глаза ярко полыхнули. — Курьер, я полагаю?
Опять двадцать пять. Да что ж такое-то? Уже второй собеседник подряд с ходу порывается записать её в курьеры. Её, без пяти минут дипломированного айтишника! Даже немного обидно, если честно.
— Нет, — оскорблённо ответила Рита. — Я программист.
— Твой род занятий
Рита надолго замолчала. Если чисто теоретически предположить, что всё происходящее — реально, значит...
— Чего завис, программист? — насмешливо мяукнул котяра. — "Приложение не отвечает, требуется перезагрузка"? Так разуй глаза-то, милая моя, да оглядись по сторонам.
И Рита сдалась.
— "Здесь" — это где? — промямлила она, чувствуя себя полной дурой.
— Здесь — значит здесь, девочка, и никакого скрытого смысла тут нет, — сварливо отозвался её шерстяной собеседник. — По всему видать, ты пришла из верхнего, или физического мира. Это же —
Ну всё, полный финиш. Инфрафизический, чтоб его, мир. Вот счастья-то привалило! И что теперь ей, пуститься в пляс от избытка чувств или сразу повеситься?
— Гм... Могу ли я... — медленно начала Рита, чувствуя себя персонажем анекдота, — вернуться назад, в своё измерение?
На утвердительный ответ она и не надеялась. Сейчас кот-Бегемот "обрадует" её новостью, что она застряла здесь на веки вечные.
— Не только можешь, а обязана, — последовал суровый ответ. — Ты, как я начинаю догадываться, попала сюда по чистой случайности. А значит, являешься нелегалом и должна быть немедленно депортирована.
У Риты будто камень с души свалился.
— Правда? — обрадованно воскликнула она. — Так это же чудесно! Я искренне желаю быть депортированной отсюда, и чем скорее, тем лучше!
— Прости, душенька, но это совершенно не моя прерогатива, — кот поднялся на лапы, и с достоинством потянулся, выпустив внушительных размеров когти. — Этим занимаются таможенники и городовые, а у меня, видишь ли, нет на то полномочий. Да и особого желания возиться с попаданкой-нелегалом я, признаться, не имею.
Откуда-то с крыш раздался громкий воинственный клич, и Кот мгновенно навострил уши.
— А теперь, извини, мне пора, — мурлыкнул он. — Было пр-риятно с тобой поговор-рить. Счастливо оставаться! — И в два великолепных прыжка скрылся из виду.
А Рита вновь осталась в одиночестве: рефлексировать и сокрушаться над своей незавидной участью.
Вот только долго заниматься самокопанием она себе позволить не могла. Нужно было выбираться отсюда. Если есть хоть малейший, призрачный шанс выбраться — значит, нужно собрать себя в кучку и прекратить страдать. Поныть можно и потом.
Вернуться назад? Рита невольно зажмурилась, вспоминая, в каком ужасе удирала от преследовавшего её человека. И тут её пронзила догадка: может, он — один из таможенников, охранявших проход в её мир?..
В самом деле, это объясняет и его присутствие в том зале, и неожиданное рвение при попытке её догнать.
Девушка грустно улыбнулась. Если она рассуждает так, значит, приняла правила игры, поверив в невозможное.
Ладно, хватит. Надо попробовать найти дорогу обратно. Вроде бы она не особо далеко ушла.
Всё ещё сомневаясь, правильно ли она поступает, Рита осторожно поднялась на ноги. После долгого пребывания в вынужденной позе тело плохо ей подчинялось, но она заставила себя подобраться и медленно двинулась к подворотне. Когда каменная рыба, венчавшая фонтан, шевельнула хвостом и взмахнула плавниками в напутственном жесте, Рита даже не вздрогнула и почти не удивилась.
В переулке было темно хоть глаз выколи. Если площадь с фонтаном худо-бедно освещалась дюжиной фонарей да тем светом, что падал из окон, то здесь, в узкой каменной кишке царила кромешная тьма. Рита двигалась на ощупь, дважды споткнулась о неровно положенную брусчатку, а один раз — больно зашибла коленку, напоровшись на каменный столбик. Интересно, зачем его сюда впендюрили, сердито подумала она, потирая ушибленное место, — автомобилю в такой узкий переулок всё равно не заехать. Да и конному экипажу тоже.
Хотя, возможно, в этом мире каменная болванка выполняла совершенно другие функции.
Наконец, тьма начала редеть — переулок выходил на улицу пошире. Где-то здесь должна быть набережная... Рита повернула направо — и тут же уткнулась в двух патрульных, чудом избежав столкновения.
Что это не гражданские, было ясно по их мундирам: явно форма, причём скорее военного образца, нежели светского.
