Сегмент, заполненный, по мнению радара, плотной материей, никуда не исчез. Он даже словно бы… вырос. Но это было невозможно, ведь прямо по курсу не могло находиться тел таких размеров: Марс сейчас летел по своей орбите совершенно в другой стороне. Дальние сканеры совершенно четко лоцировали планету именно на том месте, где ей и положено было вращаться. А ближайшее соразмерное планете тело – комета Кила – приближалось со стороны Цефея, но до каменисто-ледяной бестии оставалось целых полторы световые минуты.
Стас прикинул масштабы тела, заслонившего уже пол-экрана, и ощутил неприятный холодок вдоль позвоночника. По всему выходило, что эту штуковину уже можно было наблюдать визуально.
Он медленно поднял взгляд и посмотрел сквозь стекло в космос.
Ничего. Обычное мерцание звезд, несколько движущихся точек ближайших союзных кораблей. И тьма.
Холодок вдоль хребта исчез.
— Ведущий, у меня неисправна система локации.
Тюльпин не ответил.
Зато откликнулся Калнадор.
«Стас, мой радар тоже глючит».
— Плотное тело с угловыми размерами Луны на расстоянии двух с хвостиком световых секунд? — быстро спросил Стас.
«Да».
— Плохо дело. Видимо, на всех «дерьмовозах» радарный софт полетел. А говорили еще, что надежнее машин и придумать нельзя…
«Отставить, — коротко приказал Тюльпин, наконец среагировавший на болтовню своих ведомых. — Система локации в норме. Вы не по дисплею смотрите, а шлемы нацепите и на виртуал гляньте».
Нужный удивленно поднял брови. Чем могут отличаться картинки на виртуальном экране и на обычном, кроме трехмерности?
Он пристегнул шлем, надел перчатки и неуловимыми движениями пальцев послал команду вывести изображение ближнего космоса…
Перед глазами вспыхнула зеленая пелена. Нужный тихонько выругался, жмурясь от мельтешения пятен, точек и штришков. Теперь то, что творилось за бортом прямо по курсу в паре световых секунд от их истребителей, уже не напоминало поверхность планеты или еще какую однородную твердую массу. Теперь создавалось ощущение, будто они на полной скорости мчатся в самую гущу гигантского скопления астероидов. Но и это было абсурдом, ибо Пояс Астероидов находился в миллионах километров отсюда, а по плотности даже самые насыщенные его части были разреженней в тысячи раз.
— Ведущий, здесь какая-то ошибка, — медленно произнес Нужный.
«У вас распознавание целей по признаку „свой – чужой“ включено? Или вы „на глазок“ определяете?» – сердито спросил Тюльпин.
Стас только теперь заметил, что в уголке трехмерного изображения призывно мигает ярлычок. Он молниеносно активировал пылающую красным иконку.
В воздухе замелькали строчки, отмечая вспыхивающим контуром одну зеленоватую точку за другой. Данные понеслись с такой скоростью, что сознание лишь фрагментарно успевало фиксировать поступающую информацию.
Строчки мельтешили, буквы перемежались с цифрами, контуры вспыхивали на сотую долю секунды и гасли в зеленой сыпи еще на протяжении минуты или полутора.
Затем появилась мерцающая алым надпись:
