Совершенно автоматически я начала раздеваться. Было очень жарко. Я сняла гидрокостюм, оставшись в купальнике, и расстелила его на неровной скале, а затем легла сверху. Ленивым взглядом я наблюдала за Эдвардом, который рассматривал своды пещеры. Своды были вправду испещрены трещинами, и из них отовсюду сочилась вода. Ну, хотя бы смерть от обезвоживания теперь мне не грозит. С этой приятной мыслью я уснула.
Глава 7. Это будет так, как будто меня никогда и не существовало.
Спасибо tess79 за обалденный эпиграф к фику ;(
"Ты слышишь?" - радостно: "Прибой!"
Набатом в сердце только боль.
Я не хочу, чтоб путь кончался,
Чтоб Он лишь сладким сном остался...
Сама себя не узнаю:
Решительна, смела,
Все средства хороши в бою...
Смогла (О, Боже!), я смогла
Его решимость сокрушить
В порыве страстном.
Меня оставить Он спешит
Ох, так напрасно!
"Нет, не изменит ничего".
Я вновь рыдаю...
Не убедить никак Его,
Все понимаю.
Мой Ангел, рядом будет Он,
Всегда незримый.
Нет, я не сдамся! Он - не сон!
Он - мой любимый!
Пробуждение было тяжелым. Все мое тело болело, будто по нему проехались катком. В горле пересохло, было больно сглотнуть. И все еще было удушающее жарко. И тихо.
Всякий раз, когда стояла такая мертвая тишина, я пугалась, что Эдвард ушел. Или, что еще хуже – мне действительно он просто приснился во сне… или я придумала его, чтобы спрятаться от безумия… или его вообще никогда не существовало…
Он сидел напротив, мирно наблюдая за моим лицом. Я выдохнула от облегчения, как только увидела его.
- С добрым утром, - мягко сказал он. - Ты проспала одиннадцать часов.
- Сколько?! – ужаснулась я. Немудрено, что у меня все болит. Эти скалы совсем не похожи на мягкую постель.
- Ну, если быть точным, одиннадцать часов и восемь с половиной минут.
- Ты что, считал? – я с трудом села, моя голова слегка кружилась.
- Да, - просто ответил он.
- А тебе, значит, спать не надо? – заметила я и эту его особенность. Кажется, меня уже ничего не удивляло. Все воспринималось естественно. Или, может, я и правда схожу с ума.
- Эм… нет, - улыбнулся он. – Не надо.
- Круто, - признала я и добавила опрометчиво: - Я бы тоже так хотела.
Его лицо мгновенно изменилось, став серьезным и напряженным.
- Прости… - пробормотала я, не понимая, чем обидела его. – Просто это… выглядит так удобно, - я попыталась неловко оправдаться. - Не надо спать, дышать, пить, уставать… что еще? Есть? Работать?
Эдвард скептически дернул бровями.
- Все имеет свою цену, - многозначительно произнес он.
- И какова же твоя? – осведомилась я, не понимая, почему его слова звучат настолько мрачно.
- Мм… я не скажу тебе, - опустил глаза он и, взяв камешек с земли, начал вертеть его в длинных пальцах. Я подумала, что он мог бы стать отличным пианистом – так ловко его пальцы крутили осколочек. Он словно играл на нем беззвучную мелодию, двигая туда-сюда.
- Почему? – проворчала я, другого и не ожидая от него уже.
- Должен же я сохранить парочку секретов… - он криво усмехнулся, как-то очень уж обреченно и печально.
Внутри меня мгновенно все похолодело… словно повеяло зимней стужей между нами.
- Тебе не обязательно уходить, - прошептала я, движимая отчаянным порывом удержать его рядом с собой и после… после возвращения в мир людей. Паника снова сжала мой желудок. Я знала, что вижу его последние часы… быть может, минуты… – И тогда у тебя появится время рассказать мне остальное.
Эдвард неодобрительно нахмурился.
- Почему нет? – пошептала я, приняв его неодобрение за отказ. Я не была дурой. Он не останется. Я видела это.
- Зачем? – тихо спросил он, не поднимая глаз. – У тебя своя жизнь.
- Я не против впустить в свою жизнь кого-то еще… - выпалила я на одном дыхании и покраснела, потому что признаваться в чем-то первой было новым для меня. Откуда во мне такое адское желание его удержать? Быть может, я ему вовсе не нужна. С чего я взяла, что он вообще думает об этом? К тому же, он слишком молодой… по крайней мере, на вид.
Нужна, - кричал противный голос внутри моей головы. Иначе зачем бы ему спасать меня на протяжении четырнадцати лет?
- Белла, - сказал Эдвард сурово, - нам пора.
И я поняла, что все разговоры бесполезны.
Поднявшись, я поморщилась от того, как сильно болит все тело. Колено продолжало ныть, я едва могла встать на ногу. К этому теперь прибавилась боль в правом ребре, напоминая о том, как мы с Эдвардом висели над пропастью, и его крепкая рука удерживала меня… очень сильно.
- Прости за это, - прошептал он, и, оглянувшись, я удивилась мрачному и подавленному выражению его лица. Он стоял совсем близко, и прежде, чем я спросила, о чем он говорит, он приложил холодную руку к моему ребру – туда, где я испытывала боль.
Я вздрогнула, но вовсе не от боли или холода его руки… и опустила глаза вниз, чтобы разобраться, что его так расстроило… а также скрыть чувства, которые испытывала от его прикосновения.
На моей коже красовались три отчетливых сиреневатых следа… которые в точности совпадали с контуром его пальцев…
