- Ну что ты на него наезжаешь! - вступился за своего любимчика Евсеев. - Парень сделал такое, что нам и не снилось! Не все так уж безнадежно: мы знаем, что их цель - Байкал, и знаем, что центр - Пирамида - находится где-то в том районе. Потом, Конфуций наш у них в законе, поэтому и они все у нас под отчетом! - Евсеев похлопал рукой по толстенной кожаной папке Конфуция. - Можно сказать, что это мировая победа над засильем инопланетного разума, а ты все: «Взять, взять!» А потом взяли же эту Вороновскую кредитную линию, ту, что он Конфуцию выделил! Она-то Воронову уже не понадобится! А это пару лимонов на личные нужды! Мы наконец-то закупим всю наимоднейшую технику, не хуже тэдов экипируемся. Закупим машин для каждого нормального сотрудника, у нас будет свой наградной счет в банке, и первым мы наградим, конечно, тебя, Конфуций!
- Спасибо, - скромно потупил глаза в пол Конфуций, - за время своего честного служения, сразу у двух господ, я уже накопил кое-что на безбедную старость, - тихо прошептал он, но, похоже, шепот его уже не был услышан генералом, который активно проектировал «город будущего».
- Да и штат за эти средства можно увеличить, - воодушевился Толубеев, - и новых людей можно обучить! Да что там говорить, Конфу - наша слава, гордость и надежда! Но уж больно хитро у них там все понаворочено, башку можно сломать.
- А вы относитесь проще, Виктор Семеныч, ну знают они кое-чего, так это и наши дети будут скоро знать, мир так быстро меняется… И потом, они такие же запутанные, как и мы, у них, как и у нас, проблемы и в личной жизни, и в общественном устройстве.
- Но ты же говоришь, у них порядок и беспрекословное подчинение, что Тана у них, как Сталин? Значит - дисциплина!
- Поймите, знаю я очень мало, но понял одно, вещество Тоу-ди выпущено из этой самой Пирамиды и самый лучший способ остановить эпидемию - это взорвать ее к чертовой матери.
- Однозначно! Взорвать! - вскочил с места Евсеев. - Про6урить скважину к центру Земли!
- Ура, товарищи! На какую глубину, в каком месте прикажешь бурить и на сколько километров? И где находится сама Пирамида? Под озером, недалеко от него, под землей, координаты? Ну, ткни наконец пальцем, в каком месте бурить! - выходил из себя Евсеев, подскакивая как мячик к висящей на стене карте. - Ни один спутник, ни один наиразвитейший сканер этой Пирамиды в недрах земли не выявил!
- Но она же есть! - ответили дуэтом Птоломей и Конфуций.
- Птоломей лично с геологами и геодезиками вчера четыре часа здесь штаны протирал! - объяснил Евсеев Конфуцию. - Чем мы докажем, что она вообще существует?
- Ну а если все-таки мы отправим экспедицию к Байкалу, найдем следы этой Пирамиды совместно с учеными всего мира, - опять стал возводить воздушные замки Птоломей.
- Вот по поводу «совместных усилий с учеными всего мира» я бы подождал! - оборвал его мечты Конфуций. Птоломей и Евсеев настороженно переглянулись.
- Сдается мне, среди них много таких, что стоят на службе у этой самой Пирамиды! - Эта версия привела в ужас еще больше. Евсеев подошел к столу и налил себе минеральной воды. Они с Птоломеем только сейчас начинали понимать, с чем предстоит иметь дело.
- Значит, ее нужно взрывать! Немедленно! - постановил Птоломей.
- Хорошо! - согласился Евсеев. - Мы отправим не одну, а две, три экспедиции, они пробурят в земле дыру, заложат в нее ядерную бомбу, наружу вырвется сжатая вулканическая природа, разнесет Пирамиду в клочья, уничтожая попутно и Землю со всеми ее обитателями.
- По-моему, единственное, что мы можем в этой ситуации сделать, это пойти на контакт с экселендцами и, объединившись, уничтожить этих врагов человечества! - примиряющее заключил Конфуций. - Экселендцы обладают силой и знаниями поболе наших, но до сих пор они еще не уничтожили тэдов.
- А кстати, Конфуций, ты, как смотрящий, видел живьем хоть одного из них?
- Никого пока… - соврал Конфуций. - Но знаю точно, они не что тэды, они значительно лучше!
- Ну, да, они типа Зорро, мочат из мести. Но если они такие хорошие, то почему ни разу не попытались объединиться, с законной властью? А все потому, что для них не существует наших законов! - генерал говорил, «как надо», но чувствовал, что надо не так…
