– Вот это уж точно, что я от тебя видел, Мейсон, так это одни неприятности.
– А ты большего и не заслужил.
– Не волнуйся, я буду на слушании дела.
– С похмелья? – строго спросил Мейсон и тут же поймал себя на мысли, что, в общем– то, он не имеет морального права говорить с Марком в таком тоне.
Но и извиняться желания не было. Это выглядело бы смешно, а смешным Мейсон казаться не хотел ни в чьих глазах. Он чувствовал себя сегодня победителем, хотя в глубине души оставался неприятный осадок.
Марк передумал пить, он отставил стакан и повернулся к Мейсону.
– Как я понимаю, ваша спешка из-за того, что вы хотите пожениться еще до рождения ребенка.
Мейсон кивнул.
– И я решил вам помочь.
– Хорошо, – пожал плечами Мейсон, – наконец– то, от тебя будет хоть какая-то польза.
– Насчет пользы и вреда ты бы, Мейсон Кэпвелл, лучше помолчал.
– Я, Марк, немного волновался из-за того, что Мэри встречалась с тобой одна.
Марк коротко рассмеялся, но тут же улыбка исчезла с его лица. Он пристально посмотрел на Мейсона. Тот от этого взгляда смутился.
На дне стакана оставалось еще немного виски и Марк нервно допил его.
– Ты зря, Мейсон, волнуешься, ведь Мэри все еще моя жена.
– Но она никогда не была такой по существу – это чистая формальность, – возразил ему Мейсон.
– Говори, говори, Мейсон, но пока она еще моя законная жена.
– Марк, ты же сам знаешь, это не так. Она с самого начала должна была быть моей. Ваш брак – ошибка.
– Можешь говорить, что угодно, но сейчас закон на моей стороне.
– У нас будет ребенок, – наконец, привел свой последний аргумент Мейсон.
– Да, – Марк ехидно улыбнулся, – у вас с Мэри будет ребенок. Точнее, у нее.
– Что ты хочешь этим сказать? – Мейсон Кэпвелл напрягся.
– А я ничего тебе больше не скажу. Думай сам.
Марк заглянул на дно пустого стакана. Его глаза светились сумасшедшим огнем. И Мейсон только сейчас заметил, насколько Маккормик пьян.
– Я сейчас не собираюсь говорить с тобой о серьезных делах, – сказал Мейсон.
– Тогда можешь идти. Зачем меня искал? Если считаешь, что я пьян, то ошибаешься.
– Я бы не сказал, что ты, Марк, трезв.
– Может, я и выпил немного лишнего, но я, Мейсон, волнуюсь. Сегодняшние разговоры мало способствовали успокоению.
Марк отвернулся от Мейсона и посмотрел в пустой зал ресторана.
– Мне кажется, – сказал Мейсон, – тебе нужно вернуться в отель. Завтра слушание дела.
– Ты уже говорил об этом.
– Я буду напоминать тебе много раз, пока ты не отнесешься к этому серьезно.
– Я понимаю, – Марк расплылся в улыбке, – кто-то теряет, а кто-то находит. Ты отнял у меня Мэри и теперь собираешься стать счастливым отцом.
– Не вижу повода для колкости, – Мейсон хотел подняться, но Марк резко обернулся.
– Подожди, посиди еще немного.
– А что ты собираешься делать? – спросил Мейсон
– Кэпвелл, – виски уже допил, а начинать новую порцию, по-моему, не имеет смысла. Быть более пьяным, чем ты сейчас, уже нельзя.
– Мой ум трезв, – отрезал Марк, – и рассуждаю я здраво. Вот ты говоришь о ребенке, о том, что хочешь дать Мэри счастье. А по-моему, Мейсон, ты думаешь только о себе. Ведь ты даже не удосужился узнать, что у меня на душе, о чем я думаю. Я был вам безразличен – тебе и Мэри – и только когда во мне возникла надобность, вы вспомнили о том, что существует Марк Маккормик, и я прилетел на ваш первый зов. Я готов броситься на помощь. А ты, Мейсон, считаешь, что это я обязан тебе и Мэри.
Мейсону не хотелось продолжать глупый разговор, но другого выхода у него не было.
– Я бы и не вспомнил о тебе, Марк, если бы не ребенок. У меня не было ни малейшего желания слышать и произносить твое имя.
– А вот это зря. Я могу сказать тебе прелюбопытную вещь, – Марк замолчал и опустил голову на руки.
Мейсон сидел в напряжении. Он чувствовал, что Марк теперь созрел для того, чтобы сказать то, о чем молчал раньше, то, о чем не говорила ему Мэри.
И Марк, не поднимая головы, произнес:
– Постарайся, Мейсон, быть хорошим отцом. Возможно, ребенок мой.
– Что ты сказал? – почти выкрикнул Мейсон, но Марк только махнул рукой.
– Ты же сам сказал, Мейсон, я – пьян. Так почему ты сразу поверил мне? Не слушай мои бредни. Иди и думай – правду я сказал или нет.
Иден и Том уже порядком отъехали на машине от бара вдоль побережья. Но Иден вдруг вскрикнула:
– Том, мы возвращаемся!
– Что такое? – удивился парень. – Что-то случилось?
– Нет, ничего не случилось, но мы должны вернуться. Ты оставишь меня возле бара, а сам уедешь.
– Но мы же с тобой собирались навестить совсем другое место.
– Извини, Том, но я передумала. Мне очень важно быть там.
– Неужели свидание? – Том развернул машину и они вновь направились к бару.
– Нет, Том, это сложно объяснить, я сама не могу понять себя до конца. А тем более сделать так, чтобы понял ты. Извини, я испортила тебе вечер.
– Ничего, – Том пожал плечами, – я уже привык к твоим выходкам и они мне кажутся вполне нормальными. Я, честно говоря, Иден, удивился, если бы этот вечер прошел нормально.
Том подъехал почти к самому бару и остановил машину. Иден, не дожидаясь пока он откроет ей дверцу, выскочила на улицу.
– Может тебя подождать?
