Альварес проявлял явные признаки беспокойства.
— Тебе достанется от моей жены, Кастильо, — сказал он
Круз холодно посмотрел на подчиненного.
— А в чем проблема?
— Я ее ужинал дома уже целую неделю и обещал ей, что именно сегодня мы вместе поужинаем.
Круз отрицательно покачал головой.
— Боюсь, что тебе придется разочаровать ее.
Но Альварес не унимался.
— А нельзя ли мне удрать отсюда на часок? Я приеду в полицейский участок, ну, скажем, в девять тридцать…
— Не обижайся, Хулио, но главное для нас сейчас — это сохранение волной тайны. Иначе, если мы провалим очередную операцию, с нас три шкуры сдерут.
Альварес сокрушенно пожал плечами.
— Ну что ж, раз нельзя, так нельзя. Ну тогда, я хотя бы должен позвонить ей, чтобы она не ждала меня вечером,
Круз придвинул к нему телефон.
— Звони отсюда.
Альварес потянулся к трубке и с притворным ужасом сказал:
— Она меня убьет!
Заметив на себе пристальные взгляды напарников, Альварес вдруг положил трубку.
— Вам хочется посмотреть, как мужчина валяется в ногах у своей женщины?
— А что? Это такое отвратительное зрелище? — усмехнулся Круз.
— Ладно, ребята, выйдите на минутку, оставьте меня наедине с этой бой-бабой…
Круз вдруг охотно согласился.
— Ладно, выйдем. Выльем по чашке кофе. Хорошо, Пел?
Пол кивнул.
— Что ж, охотно. Правда, кофе из нашего автомата это не самый лучший напиток, который я пробовал в своей жизни… Но, учитывая, что у нас нет другого выхода, придется смириться и с этим. Ты не особенно распинайся перед ней, Хулио. Женщины очень хорошо чувствуют, когда мужчина виноват. Они сразу же берут его в свои ежовые рукавицы и вертят им как хотят.
— Ладно, постараюсь, — криво улыбнулся Альварес. — Кстати говоря, захватите и мне чашку кофе.
Пол обернулся в дверях.
— Какие-нибудь особые пожелания?
— Да. Мне, пожалуйста, легкий и без сахара.
Пол рассмеялся.
— Некрепкий, без сахара… Ты что держишь меня за придурка? Думаешь, я не знаю?
Альварес тоже изобразил радость на лице.
— Пол, я бы попросил тебя обходиться со мной менее резко, а то можно получить что-нибудь в ответ.
— Ладно, — Уитни махнул рукой и закрыл за собой дверь.
Круз и Пол вышли в соседнюю комнату, где на небольшом столике у окна был установлен телефонный коммутатор. Они быстро подошли к аппарату.
— Держу пари, что сейчас он будет звонить своему связному, — сказал Кастильо.
Спустя несколько мгновений одна из лампочек передней панели телефонного коммутатора загорелась.
— Так, послушаем, о чем они там говорят…
Круз осторожно поднял трубку и переключился на сигнал из соседней комнаты. Он услышал несколько длинных телефонных гудков, а затем хриплый голос, который ответил по-испански:
— Си.
Альварес тоже стал говорить по-испански:
— Блондин на месте?
— Да.
— Скажите ему, что солнце очень горячее.
— Во сколько?
— В десять.
Закусив губу, Круз отнял трубку от уха и, прикрыв ее рукой, прошептал:
— Да, я был прав.
Когда закончилось совещание, СиСи спустился в вестибюль гостиницы и заглянул в дверь ресторана «Ориент Экспресс».
Увидев одиноко сидящую за одним из дальних столиков Мэри Маккормик, он направился к ней.
Она была так погружена в свои мысли, что не услышала шагов отца Мейсона.
— Здравствуй, Мэри, — сказал он.
Она едва заметно вздрогнула, отрываясь от своих мыслей.
— Здравствуйте, СиСи. Извините, я вас не заметила.
СиСи отодвинул стул.
— Ты не возражаешь, если я присяду?
— Да, да, конечно, — торопливо ответила она. СиСи заметил слезы в уголках ее глаз.
— Как ты поживаешь? — спросил он. Мэри грустно улыбнулась.
— Да, я вижу, что у тебя довольно усталый вид продолжал Кэпвелл-старший. — Я знаю, что у тебя сейчас довольно трудное время, связанное с судом и всем этими прочими вещами.
— Да.
— Я слышал, что ты решила не добиваться аннулирования брака. Это правда?
Мэри удрученно кивнула.
— Да, Марк не дает своего согласия, и все это может затянуться на неопределенное время. Честно говоря, я даже не знаю, что мне предпринять в этой ситуации.
СиСи сочувственно посмотрел на нее.
— Мне очень жаль, что именно тебе приходится переживать все это. Представляю, как тебе тяжело… Если это судебное дело будет откладываться на неопределенный срок, вам придется набраться терпения.
Она попыталась улыбнуться.
— Ничего. Мы с Мейсоном выдержим.
Однако это выглядело весьма неубедительно. Кэпвелл-старший задумчиво провел пальцем по ободку бокала с водой.
— Ты извинишь меня, если я суну нос не в свои дела и задам вопрос?
— Разумеется, — тихо ответила она. — Что вы хотели узнать?
— Что будет, если аннулирования брака с Марком не удастся добиться?
Мэри поджала губы.
— В таком случае мне придется подавать на развод, а затем выходить замуж за Мейсона.
— На развод? — обеспокоен но спросил СиСи. — Но ведь это будет означать неминуемый разрыв с церковью?
Он пристально посмотрел на нее.
— Да, это так, — не поднимая глаз, ответила Мэри. СиСи снова задумался.
— Но это очень серьезное решение. Скажи мне, Мэри, ты приняла его самостоятельно?
Она вскинула голову.
— Что вы имеете в виду?
— Мейсон не помогал из любви к тебе? Мэри отрицательно покачала головой.
— Он не давил на меня, если вы это имеете в виду. Ничего такого не было.
