— Какая трудная минута? Тэд, о чем ты говоришь? Ну посмотри на себя, ты полон здоровья, жизни, а говоришь о смерти.
— Да, Каролина, я говорю именно о ней.
— И без всякого на то основания.
— Но я-то думал, что умру. Каждый из нас может заблуждаться. Каролина, я был уверен, что пришел мой последний час.
— Ну и что? Ты ошибся, мало ли ошибок бывает в жизни.
Каролина, наконец, собрала разбросанные Тэдом вещи.
— И вообще, посмотри, как ты неаккуратен. Или ты, в самом деле, вообразил себя смертельно больным?
Тэд нервно заходил по комнате. Он приберег для Каролины множество аргументов, упреков, но сейчас они все казались ему неубедительными.
Каролина спокойно обращала их в ничто.
И тогда Тэд извлек на свет свой главный козырь — он подал Каролине измятую записку.
— Вот, я тебе записку написал.
Каролина недоуменно рассматривала неровно написанные строки.
— Да-да, я написал тебе записку на тот случай, если ты не успеешь приехать, а я умру.
Каролина слегка, чтобы не обидеть мужа, улыбнулась. Она попыталась разобрать написанное, но это ей не удалось.
— Боже мой, — вздохнула она, — у тебя такой скверный почерк, а ты ведь адвокат. Не представляю, как ты можешь вести дела своих клиентов.
Тэд зло вырвал бумагу из рук жены.
— Конечно же, мне было очень больно. Ты не представляешь, как трудно было писать, лежа на больничной каталке. У меня же был приступ, после которого меня отвезли в палату интенсивной терапии.
— Тэд, я все это знаю от сестры милосердия. Если ты сохранил записку, не порвал ее, то прочитай. Все-таки интересно, насколько ты был искренен перед лицом смерти.
ГЛАВА 11
Слова Каролины прозвучали несколько насмешливо, но Тэд старался не обращать на них внимания. Он вновь поверил, что находился при смерти и ему стало неимоверно жаль самого себя. Он развернул записку и принялся читать.
«Моя любовь, когда ты получишь эту записку, меня, наверное, уже не будет. Моя жизнь была полностью такой, о какой я прежде и не мечтал. Всем, что у меня есть, абсолютно всем, я обязан тебе, Каролина…»
Каролина благодарно улыбнулась. А Тэд силился разобрать написанное дальше. Он уже сам не помнил текста записки, ведь тогда на него нашло какое-то затмение. Ему даже показалось, что эту записку написал другой человек. Но слова ему нравились: они звучали торжественно.
«… Ты, — продолжал читать Тэд, — дала мне мужество, силы…»
Тут Тэд замялся и поднес записку еще ближе к глазам, пытаясь разобрать слово.
— А, вспомнил. Тут у меня начался спазм и поэтому рука дернулась. Но я, Каролина, продолжал писать.
В улыбке женщины появилось легкое презрение. Но Тэд не заметил этого. Когда он взглянул на жену, она сидела спокойно, сложив руки на коленях.
— Каролина, эту строчку я уже и сам не могу понять, о чем я писал. А вот дальше слушай.
«Когда я лежу и чувствую, как жизнь покидает меня…»
Тэд читал торжественно, ведь это была самая настоящая предсмертная записка. И не его вина, что он не сумел умереть, а вина Каролины в том, что она не приехала проститься с ним.
«… я припадаю к твоему образу. Я возьму тебя с собой в вечность. Я лелею тебя, Каролина, я благодарю бога…»
Голос Тэда дрожал.
Каролина еле сдерживала себя. Этот нелепый текст растрогал ее, глаза ее увлажнились, заблестели.
— Каролина, я даже не поставил многоточия и не подписал записку, у меня не было сил.
Тэд снова подал лист жене. Та бегло просмотрела записку и отложила ее в сторону.
— Ну как? — не дождавшись восхищения, спросил Тэд.
— Я думаю, мне сказали бы, от кого эта записка, даже если она и не подписана.
Следующий день они провели вместе с Морисом. Каролина забрала его из загородной школы. За завтраком Морис обиженно выговаривал матери:
— Почему ты не позвонила мне и не сказала, что с Тэдом плохо?
— Но ведь с ним же ничего не случилось. Все отлично. Я просто не хотела тебя волновать.
Тэд молча завтракал. Карп чина раздраженно посмотрела на сына.
— Я не понимаю, из-за чего ты так беспокоишься, Морис?
— Но как же? Я хотел знать…
— Морис, ты, наверное, просто не хотел учиться и поэтому так недоволен мной.
— Но ведь Тэду было очень плохо.
— Я не хотела тебе мешать, Морис.
Наконец, Тэд не выдержал.
— По-моему, мама вчера никому не хотела мешать. Она даже решила не мешать мне умирать.
— Все-таки, мама, нужно было хотя бы позвонить мне. Из школы забирать необязательно, но знать я должен был.
В столовую вошла Сьюзен и поставила на стол десерт.
— Морис, мама очень беспокоилась о тебе. Ты бы разволновался, а так все прошло хорошо. И теперь ты спокоен. Ведь ничего не изменилось от того, что ты узнал об этом немного позже.
Тэд благодарно посмотрел на Сьюзен, та кивнула ему и вышла.
За столом воцарилось неловкое молчание.
