Она обратила внимание на то, что возле двери в ее палату, от любопытства вытянув шею, стоит Оуэн Мур. Келли метнулась к выходу и захлопнула дверь прямо перед носом непрошенного соглядатая.
Мур озабоченно вытянулся на цыпочках, пытаясь подслушать разговор, который доносился через маленькое зарешеченное окошко.
Келли тревожно посмотрела на Перла.
— Разве ты не понимаешь, что находишься полностью во власти доктора Роулингса? Этот человек может сделать с тобой все что угодно. Он может применить даже суровые методы. Ты не представляешь, чем все это может для тебя закончиться.
Перл беспечно махнул рукой.
— Келли, не беспокойся ни о чем. Я здесь и я не брошу тебя в трудную минуту. Да, со мной такое раньше бывало — я подводил друзей — но на этот раз я остаюсь рядом с тобой. Мы выйдем из этой больницы вместе.
Перл подошел к девушке и ободряюще посмотрел ей в глаза.
— Ты веришь мне? Келли грустно улыбнулась.
— Да. Но ты даже не представляешь, в какой опасности сейчас находишься!
Он снова мягко улыбнулся и покачал головой.
— Это меня не пугает. Я вернулся сюда не просто так, у меня теперь есть цель. Это поможет мне. Но и ты должна помнить об этом. Ты не должна забывать сама о себе.
Увидев недоуменно воззрившихся на нее Пола, Иден и Круза, Сантана с деланной улыбкой на лице произнесла:
— Что, полицейский участок в полном составе перебрался сюда, в мой дом?
Ответом ей было недоуменное молчание. Сантана торопливо спрятала в сумочку ключи от входной двери и прошла в гостиную.
— Круз, можно тебя на пару слов?
Увидев, что его шеф снова попал в затруднительную ситуацию, Пол опять пришел к нему на помощь.
— Круз, так мы все-таки съездим вместе с Иден в клинику доктора Роулингса, — предложил он. — Думаю, что так будет удобнее для всех.
Иден не слишком устраивал такой вариант, поэтому она торопливо сказала:
— Нет, нет. Не стоит беспокоиться. Я съезжу в клинику сама. Думаю, что мне разрешат повидаться с Келли и выяснить, что же там все-таки произошло.
Круз нахмурился.
— Погоди-ка минутку. Я сейчас разберусь со своими делами и мы решим, что делать дальше. Обещаю, что это не займет много времени. Я освобожусь буквально через несколько минут.
Чтобы не мешать Крузу, Пол и Иден вышли в прихожую. Кастильо направился к стоявшей молча в дальнем углу гостиной Сантане.
— С тобой все в порядке? — спросил он. Сантана горделиво вскинула голову.
— Да, конечно.
Ее вызывающий тон не остался незамеченным, но Круз предпочел не идти сейчас на обострение отношений, поскольку время было слишком неподходящим для семейного скандала.
— Ну, вот и хорошо, — спокойно сказал он. — А то, я уже начал беспокоиться. Ладно, я сейчас уезжаю по важному делу, мне бы хотелось, чтобы ты была дома. Когда я вернусь, мы поговорим обо всем подробно.
Сантана неуверенно улыбнулась.
— Хорошо, я буду ждать тебя.
— Ну, вот и договорились.
Круз взял лежавший на диване пиджак и вышел в прихожую, где его ожидали Иден и Пол.
— Поехали.
Когда за ними захлопнулась дверь, Сантана обессиленно опустилась на диван.
Сейчас она чувствовала себя еще хуже, чем до этого.
Таблетки кончились, а, кроме них, ничего не приносило облегчения и не могло успокоить.
Сантана откинулась на спинку дивана и прикрыла глаза рукой.
Медсестра, миссис Ролсон, постучала в дверь кабинета доктора Роулингса.
— К вам пришли посетители.
Отрываясь от бумаг, Роулингс недовольно проворчал:
— Кто там еще?
Прикрывая рот рукой, она театрально прошептала:
— Это из полиции.
Роулингс мгновенно переменился в лице. Отодвинув от себя бумаги, он встал со стула и изобразил на лице притворную улыбку.
— Пригласи их.
В кабинет вошли Круз Кастильо и Иден Кэпвелл.
— Итак, господа, чем могу служить?
Первой заговорила Иден:
— Моя сестра, Келли Кэпвелл, по мужу Перкинс, звонила мне сегодня утром. Мне показалось, что она была напугана. Я хотела бы встретиться с ней и поговорить.
Роулингс помрачнел.
— Я же вам уже объяснял несколько раз: звонить отсюда нельзя. Пациенты, попавшие в эту клинику, обязаны строго следовать внутреннему распорядку в нашей клинике…
Круз, до этого молча стоявший рядом с Иден, вдруг вспыльчиво воскликнул:
— Погодите доктор! Мне не нравится такая постановка вопроса.
Роулингс надменно посмотрел на него.
— А чтобы вы хотели услышать? Я главный врач клиники и, заметьте, не обыкновенной, а психиатрической клиники… У нас здесь очень специфический контингент больных, к ним требуются особые подходы, они нуждаются в особом присмотре и уходе. Для того, чтобы процесс излечения протекал нормально, необходимо исключить всякое влияние извне. Больные должны доверять только своему доктору. Вместе с тем, врачи обязаны соблюдать строгую медицинскую тайну. Вот почему у нас строго ограничено количество посещений, вот почему мы не разрешаем больным делать звонки домой. Процесс излечения психических больных столь труден и долог, что мы не можем подвергать его риску из-за какого-то случайного звонка. К тому же, господа, мне не понятно ваше беспокойство. В моей клинике применяются самые современные методы лечения и больным не на что жаловаться.
Круз начал нервничать.
