Они вышли в прихожую. Девочка принялась искать свои туфельки.
В гостиной зашевелилась Линда. Она с трудом открыла глаза и посмотрела вокруг, потом села на диванчике. Одеяло соскользнуло вниз, обнажив округлые плечи девушки.
Линда сладко потянулась, но тут услышала детский голос, которому отвечал басок Круза. Вспомнив, что к квартире находятся дети, девушка быстро натянула одеяло на себя.
Она протянула руку, нащупала блузку, одела ее и только тогда села на постели.
Теперь, когда у них с Крузом появились девочки, следовало следить за своим внешним видом все двадцать четыре часа в сутки. Линда уже не могла, как раньше, сбегать на кухню и выпить стакан апельсинового сока в одной ночной рубашке.
«Надо будет приобрести какие‑нибудь костюмы для дома, — подумала девушка. — И ночные костюмы. Пижамы и тому подобное… Да–да, теперь мы с Крузом должны принять вид благопристойной пожилой четы…»
Девушка усмехнулась таким мыслям: уж очень непривычными они ей показались.
Из прихожей донесся голосок Мегги:
— Так ты ведешь меня завтракать?
— Да!
Это ответил Круз.
— А как же мои сестры? — снова спросила девочка.
— О Господи, Мегги, не волнуйся за них, — ответил Кастильо. — Они еще спят, и давай не будем их будить. Мы их тоже накормим, когда они проснутся…
Комиссар Джонатан Соммер стоял перед столом в своем пуленепробиваемом «кабинете» и разговаривал по телефону. За ним было забранное жалюзи окно, сквозь него на пол кабинета падали редкие лучи солнца.
— Послушай, это все не так просто, — проговорил в трубку Джонатан Соммер и стал выслушивать ответ.
— Нет, нет, Пит, — сказал он через некоторое время. — Я не могу этого сделать. Для того будут нужны люди, а у меня сейчас людей нет… Точно, ты правильно информирован, вчера убит один инспектор…
На стенах висели портреты преступников. Комиссар продолжал говорить:
— Да, вот теперь ты меня понял. Я буду рад… Да. Пришли мне еще народу. Да. А то у меня здесь люди убивают друг друга, накуриваются до смерти… Ну и прекрасно. Да. Ну, пока, все. Пока. Соммер положил трубку.
Хлопнула входная дверь. Комиссар услышал ее звук по мелкому сотрясению стенок его «кабинета». Он повернул голову и увидел, что в комнату инспекторов вошел Круз Кастильо.
Круз пришел достаточно рано, почти никого в здании полицейского участка еще не было. Комиссар увидел, как Кастильо прошелся по комнате до того пятачка, который был отгорожен шкафчиками, где хранились спецформа и личное оружие полицейских.
У Круза были опущены плечи, он буквально волочил ноги. «Парень переживает смерть напарника», — понял комиссар Соммер.
Старик взял в руку папку с бумагами, неслышно открыл дверь, вышел из своего отделения, так же неслышно закрыл дверь за собой и спокойно пошел к Крузу.
Он увидел, как Кастильо присел возле шкафчика Джекоба Мак–Клора, открыл его и бездумно уставился на куртку, бронежилет и другие вещи покойного.
Комиссар осторожно кашлянул, но Круз, хотя и понял по кашлю, кто пришел, никак не отреагировал на появление еще одного человека.
— Круз, ты еще сердишься на меня, сынок?
Кастильо совсем не ожидал услышать от комиссара такой тон. Соммер проговорил эти слова самым настоящим отеческим тоном, да еще и слово выбрал — «сынок»! Ну и ну!
У Круза не было сил продолжать злиться на старика. Он молча помотал головой.
— Ну вот и прекрасно, — сказал Джонатан Соммер.
Очень трудно было старику Соммеру подобрать такие слова, чтобы не рассердить нервного полицейского. Но он недаром так долго работал в полиции. Если Соммер хотел, он мог запросто выкинуть на улицу неугодного ему человека. Но если так было нужно — тогда старик был само обаяние и отеческая забота.
— Сынок, ты будешь работать в паре с Мартином Гастингсоном. Пока. Ты знаешь, я только что разговаривал с управлением…
— Ну и что? — Круз спросил только для того, чтобы не сидеть как истукан.
— Они меня обнадежили. Сказали, что пришлют нам новобранцев. Ну, что это такое — ты можешь легко представить. Среди этих ребят могут попасться маменькины сынки, а могут быть такие парни — просто чудо!
— Такие как Джекоб, — пробормотал себе под нос Круз Кастильо.
— Что? — не расслышал старик. — Да, такие, как Мак–Клор…
Возникла непродолжительная пауза. Через несколько секунд комиссар сказал:
— Ты введи Мартина в курс дела. Расскажи, что как…
— Это лишнее, сэр, — возразил Круз. — Парень ведь прекрасно работал у себя на участке. К тому же, в последнее время работал один. У него опыта — хоть отбавляй…
