— Наверное, ты посоветуешь мне улизнуть через черный ход, чтобы меня никто не заметил и чтобы никто не знал, что я была у тебя.
— Да нет, зачем все это делать, — СиСи обнял жену за талию и поцеловал в шею.
София сладко улыбнулась и принялась расчесывать свои пышные волосы.
СиСи поцеловал Софию в ухо.
— Погоди, не так громко, давай вначале во всем разберемся.
— Что ж, давай, — СиСи уткнулся в пышные волосы Софии и еще теснее прижал ее к себе.
— Ты что, СиСи, предлагаешь мне сидеть с тобой в столовой за завтраком и смотреть на то, как у всех отпадают челюсти? — София продолжала лукаво улыбаться, подмигивая отражению мужа в огромном венецианском зеркале, оправленном в дубовую раму.
— И черт с ними! Пускай у них отпадают челюсти, пускай даже падают на пол.
София захохотала от шутки СиСи, а он еще теснее прижал ее к себе и попытался поцеловать в губы, но София отвернулась и подставила ему затылок, так что мужчине пришлось довольствоваться поцелуем в затылок.
— А если честно, то мне все равно, — СиСи, наконец, улучил момент и поцеловал ее в раскрытые губы, — мне все равно, — оторвавшись от Софии произнес СиСи, — пусть хоть весь мир знает о нас с тобой.
— Подожди, подожди, — София попыталась вырваться из объятий мужчины, но он крепко держал ее в своих руках, не отпуская ни на дюйм. — И все‑таки я думаю, с этим стоит подождать.
Это был странный разговор двух влюбленных — через зеркало. София видела отражение СиСи, тот видел отражение своей бывшей жены. Они целовались в зеркале, обнимались, а голоса их звучали не из зеркала, а висели в пространстве комнаты. И это казалось им новым и необычным.
— Но почему же, дорогая, — мешая Софии расчесывать волосы, сказал СиСи, — ведь наши дети очень хотят, чтобы мы были вместе.
София опустила руку с гребнем из слоновой кости и посмотрела в зеркало на свое отражение.
— Ты думаешь, они этого хотят? — спросила София, глядя в глаза СиСи.
— Да, например, Иден этого очень хочет.
— Ты думаешь?
— Конечно, — СиСи кивнул в зеркале и поцеловал Софию в шею.
Его руки гладили шелк ночной сорочки Софии и гладкий материал буквально скользил в его руках.
— Я знаю это, СиСи, и очень люблю ее. Но думаю, лучше все это нам с тобой решить вдвоем, не вмешивая сюда детей.
— Родная, — вдруг серьезным голосом сказал СиСи, — больше уже ничего не изменится, — он погладил волосы Софии, — я знаю сколь много я причинил тебе горя, несчастья и тревог…
От этих слов лицо Софии сделалось серьезным и в уголках рта появились горькие складки.
— Но больше этого, дорогая, никогда не будет, — СиСи поцеловал Софию в висок и улыбка стерла горькие складки на лице женщины.
— СиСи, но мне нужно время, чтобы привыкнуть к этому счастью, привыкнуть к тебе, привыкнуть к тому, что мы теперь будем вместе, — София легко отстранилась от СиСи и отошла от зеркала. — А еще мне нужно привыкнуть к моим новым семейным обязанностям и вообще, к очень многим вещам, о которых я раньше только мечтала, а потом напрочь забыла, поверь мне, СиСи. И еще, мне нужно… — София на мгновенье задумалась, как бы подбирая слова, которые скопились у нее в душе, — мне нужно время, вернее, нам нужно время, чтобы поверить друг другу.
— Ты хочешь, чтобы я за тобой вновь принялся ухаживать? — лукаво улыбнулся СиСи и погрозил Софии указательным пальцем, — ты этого хочешь?
София в ответ расцвела улыбкой.
— А почему бы и нет? — она развела руки в стороны и тряхнула пышной копной волос.
— Я согласен, София, и я даже готов…
— Нет–нет, СиСи, я не хочу, чтобы ты каждый раз встречал меня с охапкой цветов, — София пыталась говорить серьезно, но голос изменял ей и смех буквально рвался из груди.
— Но ты знаешь, я действительно хочу дарить тебе очень много цветов.
— Ну конечно, если тебе хочется, то запомни, СиСи, если ты не забыл…
— Что я должен был забыть?
— Запомни, в эту пору года мне больше всего нравятся нарциссы.
— Нарциссы? — улыбнулся СиСи, — какие, белые или желтые?
— Все равно, просто нарциссы, но лучше белые.
— Тогда, София, я буду тебе дарить огромные букеты белых нарциссов.
София подошла к СиСи. Он взял ее за плечи. София запрокинула голову и его губы нашли губы Софии.
— Я сделаю все, чтобы ты была счастлива, — оторвавшись от Софии сказал СиСи. — Если ты хочешь подождать с официальным оформлением нашего брака, то я подожду. Хотя мне бы этого не хотелось, — уже серьезно произнес СиСи Кэпвелл.
— Легко сказать, но это будет не так‑то просто сделать.
— Не хитри, София, — СиСи обнял жену и прижал к груди.
София слышала как четко и ровно бьется в груди СиСи сердце и ей было приятно слушать этот уже забытый звук. Она удобнее устроилась в объятиях СиСи, а он прикоснулся к ее лбу своей щекой и тихо прошептал:
— Впервые, София, за многие годы, у меня появилась возможность устроить свою семью. И этим я обязан тебе. Ты, София — мой якорь. Я чувствую, что становлюсь лучше как отец.
На лице Софии было трогательно–мечтательное выражение, а СиСи говорил очень серьезно.
— И как человек, София, рядом с тобой я становлюсь лучше. Вот теперь, надеюсь, ты понимаешь, почему я спешу со скорейшим оформлением брака.
