— Очень приятно было провести вместе время.
Она отчужденно посмотрела на него, не говоря ни слова. В этом, собственно, не было никакой необходимости, поскольку дополнительные разговоры могла только ухудшить ее положение — Круз стоял посреди гостиной, внимательно глядя на жену. Единственное, что она решилась сказать:
— Спокойной ночи!
Тиммонс снова приподнял утолки губ в вежливой улыбке:
— Спокойной ночи! И смотри, не споткнись возле двери.
Если бы Тиммонс взглянул сейчас на Круза, он бы, наверное, не осмелился произнести ни единого слова — карие глаза Кастильо сверкали таким буйным огнем, что еще несколько мгновений — и он бы бросился на окружного прокурора с кулаками. Но Тиммонс благоразумно проводил взглядом Сантану, которая, перешагнув через порог, закрыла за собой дверь, и снова повернулся к Крузу. Поглаживая развалившегося у него на руках кота, Тиммонс с насмешливой улыбкой произнес:
— Приятно видеть, что еще попадаются такие заботливые мужья, как ты.
Подобные издевательства были характерным примером отношения окружного прокурора к своему сопернику. Правда, он играл с огнем — мексиканская кровь Кастильо могла в конце концов взыграть в нем, и тогда
Тиммонсу бы не поздоровилось. Но он — может быть наглости, может быть из глупого бахвальства, а может быть и по какой‑то иной причине — постоянно продол жал оскорблять Круза.
Но на этот раз Кастильо решил оставить разборки, касающиеся его семейных взаимоотношений, на какое‑нибудь другое время. Сейчас его больше интересовал подпольный пункт переброски нелегальных иммигрантов из Мексики. Хотя, разумеется, совершенно равнодушно пропустить последние слова окружного прокурора, касающиеся его семейных отношений, Кастильо не мог.
— Я понимаю, что тебя так волнует, Кейт! — подчеркнуто сухо произнес он. — Но сейчас я хочу поговорить не о жене.
— Да–да, — издевательским тоном произнес прокурор. — Я понимаю, что ты имеешь в виду. Сейчас ты хочешь поговорить о тех обвинениях, которые только что предъявил мне, и о своей подружке Иден, которая, насколько я понимаю, интересует тебя гораздо больше, чем твоя законная супруга. Я правильно понял?
Круз не выдержал взгляда Тиммонса и опустил глаза.
Когда полицейский вертолет опустился на землю рядом с Иден, оттуда выбрались двое полицейских. Иден бросилась им навстречу:
— Я ужасно рада, что вы спасли меня! Если бы не вы, я не знаю, что бы со мной было!
Оба полисмена были чернокожими парнями в возрасте примерно лет тридцати. Оба они были громадного роста и Иден как‑то между прочим подумала, что они, наверно, в юности занимались баскетболом. Несмотря на то, что Иден была не очень похожа на незаконную иммигрантку, они восприняли ее слова довольно прохладно:
— Дамочка, я не рекомендовал бы вам делать резкие движения, — надменно сказал один из полицейских.
Она мгновенно осеклась и почувствовала себя крайне неловко. Ей казалось, что как только полицейские увидят ее, они должны тут же отвезти ее домой, к отцу. Однако все произошло совершенно по–другому.
— Пройдите‑ка к машине! — сказал второй полицейский.
Она недоуменно пожала плечами:
— Зачем? Я ведь только что едва выбралась оттуда — меня чуть не убили!
Полицейские словно не реагировали на ее слова:
— Мы во всем разберемся, — сказал один из них.
— Но я Иден Кэпвелл, — растерянно произнесла она.
Очевидно, это была ошибка — во всяком случае ни что более не настроило против нее этих черных верзил, как намек на богатство и влияние ее семьи.
— А ну‑ка, влезайте в автобус и сидите там тихо, дамочка! — сказал полицейский. — Мы сами во всем разберемся.
Он повернулся к своему напарнику, на лице которого в этой темноте Иден разглядела едва начинающие седеть усы.
— Наши машины на подходе? — спросил полицейский своего усатого напарника.
Тот кивнул:
— Да, я уже связался с ними по рации.
И в самом деле, спустя несколько секунд Иден услышала вой полицейских сирен и шум моторов приближающихся автомобилей. Очевидно, это был пограничный патруль. Спустя еще некоторое время, Иден с изумлением увидела, как к вертолету подъехал небольшой полицейский грузовичок и еще одна легковая полицейская машина. В кузове грузовичка, под охраной патрульного полисмена с автоматической винтовкой в руках, сидели, хмуро насупившись, двое бандитов, которые веля микроавтобус, и четверо мексиканцев, которые вместе с Иден ехали в салоне. Очевидно, их перехватили где‑то недалеко отсюда. Судя по тому, что на запястьях бандитов блеснули стальные браслеты, они уже не представляли опасности. Иден про себя подумала:
— Так вам и надо!
Их вывели из грузовичка, оставив сидеть там насмерть перепутанных мексиканцев, и по жесту усатого негра подвели ближе к микроавтобусу. Когда бандитов подвели к полицейским, прилетевшим на вертолете, усатый негр, сунув руки за пояс, обратился к водителю.
— Тебя как зовут?
— Карлос, — угрюмо ответил тот. Полицейский уставился на второго бандита, помоложе:
— А ты кто?
— Хуан.
Усатый негр обратился к охраннику, который подвел к нему бандитов:
— Оружие при них было?
— Да, — кивнул тот. — Револьвер тридцать восьмого калибра и люгер.
