— Не знаю, — хмуро сказал он. — Наверное, причин много. Не думаю, что сейчас есть смысл докапываться до самого дна…
Тиммонс усмехнулся и вызывающе сказал:
— Кастильо, ты должен был накрыть этих людей, значит, надо было действовать иначе. Ты, что — никак не можешь научиться действовать по–другому?
Круз опустил голову и глухо сказал:
— Трудно перестроиться за два дня.
В разговор вступил Пол. Он попытался сказать о подозрениях Круза:
— Мы считаем, что есть кто‑то…
Однако Кастильо мгновенно оборвал его властным движением руки.
— Пока об этом рано говорить, — быстро сказал он, пока Уитни не проговорился о его догадках относительно Альвареса. — Надо еще раз переговорить с твоими осведомителями и в следующий раз обеспечить полную секретность операции, так, чтобы ни одна душа за пределами этого кабинета об этом Не знала.
Тиммонс решил прозондировать почву.
— Ты думаешь, что нелегалы знали о вашем приезде? — осторожно спросил он.
— Не исключено, — столь же осторожно ответил Круз. — Во всяком случае я допускаю такую возможность.
Тиммонс встал из‑за стола, его заинтересованность последними словами сказанными Крузом была столь велика, что Тиммонсу не удавалось скрыть это. Он расхаживал по кабинету, кусая губы, пока, наконец, не произнес:
— Знаешь, кое‑кто, наверное, скажет, что ты просто не справляешься с возложенными на тебя обязанностями.
Иден внимательно слушала разговор, стоя у двери. В ответ на последние слова Тиммонса Круз вызывающе сказал:
— Как это понимать?
Тиммонс ухмыльнулся.
— Для своих соотечественников, ты, конечно, герой. Они просто боготворят тебя…
Круз непонимающе мотнул головой.
— Для соотечественников? Извините меня, господин окружной прокурор, но я должен заявить вам, что я американец и это моя страна — Соединенные Штаты.
— Я имел в виду твое происхождение, а также твоих друзей и знакомых, — с ухмылкой продолжал Тиммонс Некоторые нелегалы хотят стать твоими друзьями, давав тебе информацию…
— Да, я американец мексиканского происхождения, но при чем тут это? В первую очередь, я полицейский инспектор и я должен выполнять свой долг, а мы имеем дело с нарушением закона и не надо намекать на остальное.
— Мне очень приятно это слышать, — скривился в улыбке Тиммонс. — Всегда есть, что называется, семейные традиции. Есть у тебя дядя, например, отличный человек. Все его любят. Так вот — если он в полночь перейдет границу? Кому какое дело? Есть еще родители… Как насчет твоих родителей?.. Они перешли через мост или плыли брассом?
Круз почувствовал, как кровь закипает в его жилах. Он крепко сжал кулаки и подался чуть вперед, но Пол удержал его за локоть.
— Не надо, Круз, — тихо сказал Уитни. — Этим ты только осложнишь себе жизнь.
Окружной прокурор вызывающе смотрел на Кастильо.
— Ну, что же ты? — насмешливо протянул он. Круз молчал, тяжело дыша.
— Я же все вижу, Кастильо. У тебя на лице написаны все твои желания. Так вот что я хочу тебе посоветовать — прибереги свою энергию для арестов, последнее время ты сильно отстаешь от нормы.
Иден почувствовала, как у нее начинают дрожать руки. То, что происходило на ее глазах в кабинете окружного прокурора, больше всего напоминало обыкновенное выяснение отношений, а не разбор служебного дела. Тиммонс нагло и открыто оскорблял Круза, но тот был вынужден молча сносить все его отвратительные выходки.
Иден чувствовала себя крайне неловко, но в этой ситуации она не могла ничего предпринять — чтобы не выдать себя она вынуждена была точно так же, как и Круз, молча выслушивать унизительные слова окружного прокурора.
Неизвестно, что было бы дальше, но в этот момент в комнату вошла секретарша. Она нерешительно застала на пороге.
Увидев ее, Тиммонс недовольно спросил:
— Ну, что там еще?
— К вам пришла судья Хенсон.
— Что ей надо?
— Она говорит, что у нее срочное дело.
— Скажите ей, что у меня нет времени, — отмахнулся Тиммонс
Секретарша пожала плечами.
— Но она настаивает.
— Ладно, — неохотно протянул Тиммонс — Видно, ничего не поделаешь — придется уделить время еще и судье Хенсон.
Тиммонс выглядел сейчас как палач, которого в самый интересный момент — вышибание табуретки из‑под ног повешенного — оторвали его от интересной и нужной работы.
Тиммонс неторопливо отправился к двери, на ходу оглянувшись на полицейских.
— Подождите меня немного.
— Зачем? — сказал Круз. — По–моему, все что было нужно, мы уже услышали. К тому же, мы слышали немало такого, что не относится к делу.
— Ладно, — милостиво махнул рукой Тиммонс — Просто после встречи с этой дамой мне понадобится друг, а может быть, и врач.
Рассмеявшись, он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.
Уитни неуютно вгляделся по сторонам и потянул Круза за рукав.
— Пошли отсюда.
Круз покачал головой.
— Иди один.
— А ты?
— Я скоро спущусь, — подавленно ответил Кастильо. — Я еще не закончил все свои дела.
Уитни взглянул на Иден, которая по–прежнему стояла у двери, и понимающе кивнул.
— Ладно, я подожду тебя в машине.
— Хорошо.
Круз и Иден остались наедине. Иден поплотнее прикрыла дверь, ожидая разговора с Крузом. Кастильо задумчиво потер подбородок и сказал:
