– А тебе часто дают большие мешки денег? – спросила Сьюзен.
– Ну, не сказать чтобы на ежедневной основе, – туманно откликнулся декан, – но…
– Из чего следует вывод: гоблина Дай-Большой-Мешок-Денег-Декану вызвать нельзя, поскольку для него нет оккультного пространства, – перебила его Сьюзен.
– А вот лично я всегда недоумевал, куда деваются носки, – весело заявил казначей. – Ну, сами знаете: один носок из пары есть, а другой куда-то подевался. В детстве я даже считал, что есть такое существо…
Волшебники призадумались. А затем – и это услышали все – раздался отчетливый звон воплощающейся магии.
Театральным жестом аркканцлер вскинул указательный палец к потолку.
– Все в прачечную! – крикнул он.
– Она внизу, Чудакулли, – напомнил декан.
– Все
– А как же госпожа Герпес? Она ведь не разрешает нам туда соваться, – поежился заведующий кафедрой беспредметных изысканий.
– Интересно, кто в этом Университете аркканцлер? – осведомился Чудакулли. – Может, госпожа Герпес? Мне так не кажется. Аркканцлер – я. Поразительно, но это факт.
– Ты ведь ее знаешь… – пробормотал заведующий кафедрой.
– М-да, пожалуй, ты прав… – протянул Чудакулли. – Но…
– Кажется, она уехала на все праздники к своей сестре, – сообщил казначей.
– …Но неужели мы, волшебники, испугаемся какой-то домоправительницы?! – тут же воскликнул Чудакулли. – Все в прачечную!
Возбужденные волшебники толпой повалили прочь из зала, оставив в нем Сьюзен, о боже, грибного гномика и гномика выпадающих волос.
– Слушай, – поинтересовался о боже, – а кто все эти люди?
– Одни из величайших умов Плоского мира, – ответила Сьюзен.
– Нет, я чего-то не понимаю… Или лекарство перестает действовать?
– В данном случае характеристика «величайший» относится скорее к размерам, – пожала плечами Сьюзен. – Кроме того, ты наверняка слышал высказывание: «Если хочешь достичь истинной мудрости, перво-наперво стань как младенец».
– Но им известно, что это всего лишь первая ступень?
– Наверное, – вздохнула Сьюзен. – Во всяком случае, они то и дело разбивают о нее носы.
– А-а, – откликнулся о боже. – Как ты думаешь, тут есть что-нибудь… безалкогольное?
Путь к мудрости действительно начинается с первой ступени, ну, или с первого шага, как еще говорят.
Однако очень часто люди забывают о тысячах других ступеней, следующих потом. Человек поднимается на первую ступень с искренним желанием начать жить в единстве с вселенной, но следующий логический шаг так и не делает – мало кому хочется семьдесят лет провести на горе, питаясь одним рисом и периодически балуясь чайком из шерсти яка. Может, дорога в ад и в самом деле вымощена благими намерениями… Самые первые ее ступени – это уж точно.
Именно в подобные моменты декан жил полной жизнью. Он мчался впереди всех, шнырял между огромными древними котлами и тыкал посохом в темные углы, постоянно повторяя: «Чоп! Чоп!»
– А с чего вы все взяли, что эта тварь должна появиться именно здесь? – шепотом спросил профессор современного руносложения.
– Во всех прачечных реальность крайне нестабильна, – пояснил Чудакулли, поднимаясь на цыпочки, чтобы заглянуть в бак для отбеливания. – Тут столько всякого скапливается… Уж тебе ли не знать.
– Но почему именно сейчас? – встрял заведующий кафедрой беспредметных изысканий.
– Отставить разговорчики! – прошипел декан и, вытянув перед собой посох, прыгнул в следующий проход. – Ха! – торжествующе завопил он и тут же принял разочарованный вид.
– А эта ворующая носки тварь – она большая? – спросил главный философ.
– Не знаю, – пожал плечами Чудакулли, выглядывая из-за штабеля стиральных досок. – Хотя, если прикинуть, за свою жизнь я потерял тонны носков.
– Я тоже, – подтвердил профессор современного руносложения.
– И где мы будем искать? – продолжал главный философ голосом человека, чей поезд мысли мчался по длинному и темному тоннелю. – В
– Хороший вопрос, – признал Чудакулли. – Кстати, декан, что ты все время твердишь?
– Я говорю «Чоп!», Наверн, это то же самое, что «Йо»…
– А «Йо», видимо, то же самое, что и «Чоп»?
– Точно, – обрадовался декан. – Бывают ситуации, когда так и тянет крикнуть: «Чоп!»
– А эта тварь… Она просто ворует носки или она их
– Очень ценное замечание, – нахмурился Чудакулли, мигом забывая о декане. – Передать всем по цепочке: ни в коем случае не быть похожими на носки!
– На носки? Но как такое… – начал было декан.
И тут все услышали:
Судя по звуку, существо, его издающее, на аппетит не жаловалось.
– Пожиратель носков, – простонал главный философ, закрывая глаза.
– А сколько у него может быть щупалец? – спросил профессор современного руносложения. – Хотя бы приблизительно?
– Звук определенно немаленький, – заметил казначей.
– Где-то с дюжину, – сказал профессор современного руносложения, делая шаг назад.
– Мы и глазом моргнуть не успеем, как эта тварь сорвет с нас носки и… – взвыл главный философ.
