Поэтому еда обильная и вкусная в том же указанном трактире даже стоит не особо больших денег. Стандартный номер сдается за пару серебра, поесть три раза за день еще пара, так что на один золотой можно прожить три дня в неплохом постоялом дворе. Это, конечно, без особых излишеств в выпивке и девок веселых в своей постели.
То есть, довольно скучной жизнью для бывшего военного мужика в отставке.
Мог бы я со своей накопленной платы за стандартный срок службы себе без проблем позволить несколько месяцев праздной жизни. Если бы монеты жал изо всех сил. Да и так бы скопить денег немало получилось, если меньше по трактирам ходить после службы и местное мутное низкоалкогольное пиво посасывать.
Впрочем, женатых это не касается, там все деньги на семью уйдут однозначно.
Так еще и скидка хорошая положена бывшему военному, поэтому я оплатил сразу же ночлег за пару дней.
Надоело уже вести кочевой образ жизни, да еще все трофейное барахло желательно продать, а у меня его пять тюков набралось, не считая еще одного с инструментами. Трофеи продать, что-то купить и отправляться в баронства творить умеренный прогресс в более-менее свободной атмосфере.
Хозяин спросил, сколько дней я лошадей буду держать и намекнул, что в его постоялом дворе в самом центре города — это удовольствие не из дешевых.
— Для дворян местных три серебра в день, с тебя, служивый, так и быть, двумя монетами обойдусь.
Поэтому, как только отнес тюки в номер, сразу же поинтересовался у хозяина, где можно лишнюю лошадь продать. Думаю, что после того, как расторгуюсь, мне и одной хватит, чтобы увезти оставшееся добро.
Отвел лошадь на край города, в район, что барышники скотом торгуют, быстро продал за почти две трети нормальной цены. Потом еще подумал, договорился с торговцем лошадьми, очень толстым и разговорчивым мужиком, там же продал и вторую животину через полчаса.
Стандартная цена упряжной лошадки в этих местах — примерно восемнадцать золотых монет. Отдал всего за двенадцать каждую и почувствовал себя спокойнее с деньгами в кошеле.
Дороговато их содержать, да и другие мысли в голове появились. Решил сразу избавиться совсем от приметных для своих хозяев животин, они — один из следов, по которым меня могут найти дружинники убитого норра.
Вряд ли они тут появятся и разыщут на конюшне постоялого двора своих лошадей, однако, как знать, в каком направлении сработает мысль оставшегося без наследника взрослого хозяина норрства.
Не пошлет ли он своих людей из дружины и тех же возчиков, кто меня видел вживую, в большой город. Куда, как всем понятно, я и направлялся с самого начала. Ведь договаривался вместе с обозом доехать до самого Кворума.
Нигде моего убитого или раненого тела оставшиеся дружинники не найдут, среди мертвецов на бандитской стоянке тоже не опознают, так что, возможны разные варианты.
Так-то до меня особо не докопаться, даже если один из оставленных на лесной дорожке дружинников или возчиков меня опознает. Чего-то криминального у них на глазах я, кроме как убийство на дуэли молодого норра, не совершил. Это такое деяние, что, если меня самого вызвали и принудили к поединку, ничем мне не грозит по суду.
Тут местной страже мне ничего не предъявить, однако, чужие лошади на конюшне, которых я, получается, самовольно присвоил — ну это уже как дознаватели имперские решат.
Что это — кража или просто милосердное спасение оставшихся без хозяев животных?
Лучше не рисковать с таким делом вообще.
Еще ко мне может привести личное затрофеенное оружие дружинников, по нему тоже вопросы могут возникнуть. То, что поднял с бывших стражников, это уже дело десятое.
Как оно ко мне попало?
Тут вообще никаких живых свидетелей не имеется, все погибли тем или иным образом. Я могу с честным лицом, тем более, еще и словом порядочного воина в отставке, рассказать, что набрел на стоянку, где все лежали убитые и умершие от ран, там набрал оружия и прочего добра. Тема такая, немного скользкая, честно говоря, положено бы расследование провести, кто с кем воевал и местные власти призвать к разбору.
Если я очень порядочный человек и воин.
Только, тут можно сказать, что после убийства молодого норра по всем правилам, да еще в окружении его дружины, мне такими поисками правды — совсем несподручно в тех местах заниматься. Поэтому я собрал, что смог и уехал побыстрее. Собрал, конечно, гораздо больше, чем мне положено, поэтому, лучше не затягивать с продажей трофеев.
Придется вернуть все, что опознают как оружие дружины норра и все дела.
Чем больше продам, тем меньше заберут — это главное.
Поэтому продавать его лучше в первую очередь, как и все именные фляги, пояса, ножи и остальное добро, которое могут связать с погибшими дружинниками.
Вечером пришли стражники городские вшестером по главе со своим Старшим, посидели с ними как следует. Вроде и недешевое место — этот постоялый двор, только, у стражи местной с хозяином свои расклады, поэтому веселая попойка с едой обошлась мне всего в три золотых.
Нормально так проставился новым приятелям за трофеи и просто за то, что выжил.
