Там же теперь висит длинный кинжал в ножнах, в руках копье, на голове шлем, еще я постирал перед обедом сильно вонючий подшлемник, он мгновенно высох под лучами Ариала.
Прибарахляюсь понемногу, оружия хватает на всех с избытком, некому больше командовать о том, кому что можно, а что — нельзя.
Теперь я похож на настоящего воина среди единиц оставшихся в строю простых мужиков, однако, так же продолжаю собирать стрелы и таскать камни наверх. Потом отправляюсь передохнуть в здание, где сплю обычно, камни здесь не прогреваются даже под лучами местного бешеного Ариала, спать получается достаточно комфортно в прохладе.
Вдруг меня будят истошные крики со стены от оставшихся там часовых, спросонья я выскакиваю на залитую жарким светилом улицу, все наши бегут на стену в этот момент.
Похоже, нелюди начали атаку внезапно, без звука рога, поэтому предчувствие чего-то конкретно нехорошего колет меня в самое сердце.
Пораскинув мозгами, я не бегу со всеми, а ныряю обратно в дом, хватаю свой приготовленный мешок и выбегаю через ворота ведущие к стене у реки. Решил на всякий случай подняться на стену с той стороны, чтобы осмотреться сначала и не нарваться на нелюдей в самом городке.
Прыгая через две ступеньки, поднимаюсь наверх и уже не слышу криков наших часовых со стены, только вой нелюдей стоит в ушах.
А они уже здесь, оказывается, внезапным ударом захватили стену почти на всем ее протяжении и уже нападают на наших воинов сверху, спускаясь по крепостным лесенкам вниз, в саму крепость.
Четверо оставшихся часовых встали вместе и еще отбиваются на стенах, только, это все безнадежно выглядит, когда к ним бегут с обоих сторон пара десятков орков. Уже лезут и снизу по лесенкам, успев спуститься на нижний этаж.
Забежав на речную стену, я могу хорошо разглядеть, как все новые нелюди сплошным потоком забираются с той стороны на парапет. И как падают под градом могучих ударов видимые мне воины.
— Все, крепость пала, похоже, часовые сами вымотались и задремали, ничего не ожидая. Не заметили сразу внезапную атаку орков и не смогли предупредить спящих воинов. Теперь минимум полторы тысячи орков против наших пятидесяти защитников свободно забираются на стены, — понимаю я, разглядев все происходящее в шестидесяти метрах от меня.
Людей на стене я вообще больше уже не вижу, густые толпы орков переваливают через парапет и спускаются вниз, некоторые бегут по стене в мою сторону, еще я вижу первых лучников, забравшихся на верхушку стены и уже накладывающих стрелы-дротики на тетиву гигантских луков.
Веревка уже накинута на зубец, берцы привязаны к мешку, чтобы не мешали в воде. Я просто переваливаюсь через него, скольжу на руках в опять же трофейных кожаных перчатках по не слишком гладкой, занозистой веревке. Через несколько секунд я уже внизу, закидываю свою заготовку из пары бревен в воду и ныряю сам.
Зачем я бросил ее вниз со стены — мне понятно, а вот сейчас почему бросил в воду — уже не очень, раз уж лучники так быстро оказались в городе. Значит, прикрываться плотиком уже нет никакого смысла.
Через минуту первые орки окажутся надо мной, за ними подтянутся лучники и плыть, держась за мой плотик, у меня точно не получится. Меня сразу же утыкают стрелами, как только рассмотрят на глади воды.
Поэтому я плыву как только могу быстро, пока держась на воде, к противоположному берегу, где густо растут кусты на склонах. Они могут мне дать какое-то укрытие от стрел орков, если я успею добраться до них.
Здесь крепость немного вдается в реку, до берега напротив мне нужно проплыть восемьдесят метров, только, там меня могут встретить перебравшиеся позавчера нелюди с гиеноконями и с теми же луками.
— Вчера ночью уходить нужно было, — бормочу я про себя, переворачиваясь на спину и внимательно поглядывая на стену передо мной.
Я уже отплыл на сорок метров, проплыл половину расстояния до спасительного берега, теперь меня копьем не достать, однако, стрелы остаются смертельно опасны для моего тела.
Я успел проплыть еще половину оставшегося расстояния до берега, когда заметившие меня орки привели на стену лучников.
Теперь мне пришлось нырнуть несколько раз, чтобы не обзавестись длинным, оперенным подарком в голове.
Впрочем, течение реки снесло меня уже сильно ниже крепости, теперь я от лучников на расстоянии сотни метров с лишним, попасть в мою, время от времени появляющуюся на поверхности голову, у них не получается. Вскоре я оказываюсь уже на безопасном расстоянии для выстрела из лука, значит, первая часть моего плана у меня вполне сносно получилась.
Я выбрался из погибающей крепости, шансов отбиться у людей точно нет, если уже в ней находятся сотни крепких орков против десятков выживших защитников. Люди могут, конечно, засесть в каких-то зданиях, закрывшись в них, однако, долго они там не продержатся. Нелюди выбьют двери и ворота, заберутся на крыши домов по тем же лестницам, а печальный итог недолгой обороны всем понятен.
Я же, как мирный житель, не принятый в состав той же стражи крепости, могу и имею право спасать свою жизнь любым способом, вплоть до бегства из крепости.
