– Только не говори, что дело в цвете моей кожи! – возмутился Гронидел.
– При чем здесь цвет кожи, если она у тебя не черная? – Сапфир повернулась к нему лицом.
– Она почти черная!
– Ты же не чистокровный зальтиец, Гронидел! У тебя и глаза синие, и кожа смуглая!
– Это переходит все границы. – Гронидел отвернулся, схватил палку с земли и бросил ее в костер. – Да, моя мать была инайкой, но я зальтийский принц, и высмеивать мою внешность – как минимум признак дурного тона и невоспитанности, а как максимум – оскорбление члена королевской семьи!
– Вот это да! – заулыбалась Сапфир. – Как неожиданно я обнаружила твою больную мозоль!
– Осуждать внешность человека – низко, – злился он.
– А я и не осуждаю, – повысила тон Сапфир. – Черные жгуты на твоей голове напоминают мне рой зальтийских шершней, что скопом нападают на жертву, а острые слова, которыми ты травишь меня, жалят до крови и разъедают душу.
– Жгуты – это национальная зальтийская прическа. – Гронидел повернулся к ней. – Их невозможно расплести, только остричь. Что касается слов, – принц отвернулся, – ты их заслужила.
Сапфир встала и отряхнула грязную рубаху от пыли.
– Вот и поговорили.
– Именно, – подтвердил Гронидел.
Принцесса отошла к настилу из еловых веток, который принц обустраивал не меньше часа, и улеглась на него. Рубашка задралась выше колен, и Сапфир быстро опустила ее вниз. Повернулась на бок и закрыла глаза.
– Откуда ты знаешь, что мои волосы на самом деле прямые? – произнес принц в тишине.
Сапфир резко открыла глаза и опасливо покосилась на него. Гронидела раздражало, что она не ответила на его вопрос, а продолжала молчать, играя в нелепые гляделки.
– Тяжело сказать? – не выдержал он.
– Я сплю, – прошептала она и закрыла глаза.
Несколько минут спустя женушка уже беззаботно посапывала, отдавшись во власть сна, а Гронидел так и остался сидеть у костра в ожидании рассвета.
На заре перед глазами принца появилось информационное сообщение. Он поморгал, чтобы удалить его, и запрокинул голову, наблюдая, как серое небо окрашивается в розовые тона.
«Точно по расписанию», – с прискорбием подумал он и тяжело вздохнул.
– А-а-а! – закричала Сапфир и села.
Голова кружилась, живот скручивало, а руки тряслись от пережитого ужаса. Сапфир вытерла подолом рубашки пот со лба и отряхнула грязь с коленей. Только потом поняла, что Гронидел сидит у костра и внимательно наблюдает за ней. Принцесса опустила рубашку ниже и отругала себя за неосмотрительность.
– Веселый, видно, тебе приснился сон, – он указал на ее дрожащие пальцы. – Или ты так сильно по зальтийским настойкам соскучилась?
Сапфир проигнорировала ехидство Гронидела, встала и забрала с куста высохшее платье.
– Уже светло. Пора одеваться и идти дальше, – пробормотала принцесса.
– Я тоже их вижу, – пространно произнес Гронидел. – Кошмары, – добавил принц. – Ужасней всего, открыв глаза, не знать, спишь ты или уже нет.
Сапфир медленно обернулась к Грониделу, сжимая в онемевших пальцах платье. Она могла поклясться, что уже слышала эту фразу. Во сне. Или наяву?
– Тебе стоит взять клинок и встать, – прошептала она.
Гронидел вскинул брови, наблюдая за тем, как Сапфир отбрасывает платье в сторону и пятится назад.
– За моей спиной какая-то дрянь? – натянуто улыбнувшись, спросил он.
– Когтекрыл. Он притаился в кроне дерева и спикирует вниз, когда ты…
– Когда я что? – понизив тон, спросил Гронидел.
– Встанешь.
– То есть пока я сижу, мы в безопасности?
– Да, – с уверенностью заявила Сапфир, но тут же усомнилась в собственной вменяемости. – Или нет. Я не знаю, – она перевела обеспокоенный взгляд на Гронидела и остановилась. – Он спикирует вниз, а ты будешь стоять. Мне это приснилось.
– Когда именно?
– Спикирует, когда ты…
– Когда приснилось? – перебил Шершень.
– Только что, – пробурчала Сапфир.
– Тогда я лучше посижу. – Он развел руками. – Так мы останемся в безопасности.
Надменная ухмылка на лице зальтийца подсказывала Сапфир, что он ей не поверил. Принцесса в ужасе замерла, ожидая появления нечисти, что должна схватить ее за плечи и поднять в воздух. Гронидел успеет метнуть клинок в огромную летучую мышь с мелкими когтями на перепонках крыльев. Лезвие вонзится нечисти в спину, и от боли она разомкнет пальцы на задних лапах. Сапфир с визгом полетит с высоты вниз.
От удара принцесса и проснулась. Только полагала, что ее кошмар на этом окончен. Однако похоже, что он только начинался.
Гронидел вздрогнул, услышав голос матери. Померещилось? Принц оглянулся и проскользил взглядом по деревьям вокруг. Никого. Тихо. Слишком тихо для раннего утра в лесу.
