Лицо Сэма тронула трепетная улыбка. Он смотрел на подругу и удивлялся тому, как в мрачном баре ее песчаные волосы сияли так, словно на них падали многочисленные лучи солнца. Сара надела свою любимую желтую шапку и направилась к выходу.
– Здесь тебе не пятизвездочный отель, убирать за тобой никто не собирается! – рявкнул бармен, указывая на разбросанные по барной стойке фисташковые скорлупки.
– Теперь ты меня заметил, – возмутился Сэм, но бармен уже отвернулся.
С шумом повернув ключи в замочной скважине, Сара открыла дверь. По сумрачной тишине стало понятно, что дома никого нет. Включив свет по щелчку пальцев, она прошла на кухню и села за стол. Приятный аромат апельсинов в пиале заставил ее улыбнуться, совсем не те искусственные, что использовали в баре для напитков. Отец всегда привозил что-то особенное из своих экспедиций из тех уголков мира, где еще сохранилось что-то настоящее.
От легкого взмаха руки перед глазами появилась голограмма. В разделе «сообщения» горела красная цифра три. Первое было про рекламу новых линз, второе – приглашение на вечеринку, на которую ей не особо хотелось идти, третье сообщение было от ее отца:
«Дорогая, прости, что пришлось уехать раньше, перенесли сроки экспедиции. Береги себя. Люблю, папа».
Сара с грустью свернула голограмму. Последнее сообщение нисколько не удивило ее. Сейчас ее отец мог находиться на другом конце света, занимаясь сохранением существующих видов животных, растений и выведением новых, устойчивых к холодному климату. У Сары был период, когда она также хотела быть генетиком, но он быстро прошел. Провести полжизни в лаборатории не остановило ее отца и Сэма стать учеными, но Сара всегда мечтала о приключениях, а путешествие из одной лабораторию в другую не совсем было похоже на увлекательную жизнь. У отца всегда был непредсказуемый график работы, поэтому ей пришлось рано научиться заботиться о себе. Конечно, Сэм всегда был рядом и помогал, поэтому какие бы безумные идеи у него ни возникали, она всегда его поддерживала.
Вернувшись в гостиную, Сара достала из шкафа рюкзак с альпинистским снаряжением. Скалолазание – это то, что объединяло ее с отцом, они ходили в горы, сколько она себя помнила. После смерти мамы отец все чаще и чаще проводил время на работе, и родители Сэма приглядывали за Сарой. Но неизменным оставалось одно: каждый год, несмотря на погоду, отец с дочерью собирали альпинистское снаряжение, термосы с риверой и поднимались на вершину горы, где их переживания, хоть ненадолго, становились меньше.
Сара перепроверила снаряжение, положила в рюкзак медстанцию, которая вполне могла бы заменить поход к врачу в случае получения травмы, термос с риверой, сэндвичи с ветчиной, запасные очки и перчатки, закрепила ледоруб во внешнем кармане. Затем достала еще один рюкзак для Сэма, который принадлежал ее отцу и направилась к выходу.
Как обычно, ее взгляд остановился на фотографии мамы на стене в прихожей. Только сейчас, увидев себя в зеркале, она осознала, насколько стала похожа на нее. Сара невольно дотронулась до сапфирового кулона на своей шее, который мама оставила ей незадолго до смерти. Подступающая тоска сдавила горло, но тут раздался стук в дверь, позволивший ей вырваться из воспоминаний.
– Все готово?
Сара протянула Сэму рюкзак и ключи от снегохода.
– Да, но ты поведешь.
Пышный ледяной туман вздымался к серому небу, жадно обвивая величественный дворец на вершине холма. Склон был окутан заснеженным пальмовым лесом, деревья прогибались от примерзших к ним кусков снега, в полумраке становясь похожими на белых каменных монстров. Снегоход, оставленный у подножия холма, уже начало заваливать снегом. Периодически тишину нарушали пробиравший до костей ветер, хруст снега под ногами и голоса поднимавшихся на вершину людей.
– Сара, подожди меня, я не хочу быть съеденным волками.
Девушка оглянулась, направив налобный фонарь в сторону голоса, но в плотной белой дымке сложно было что-то разглядеть.
– Ну так поднимайся быстрее, Сэм.
– Тебе легко говорить, ты раз сто бывала в этих местах.
Сара остановилась и, сбросив с плеч увесистый рюкзак, решила сделать небольшой привал.
«Это пустая трата времени, – подумала она. – Когда мы доберемся до вершины, Сэм увидит, что эта идея всего лишь плод его фантазий. К счастью для него, у меня сегодня не было дел получше. Впрочем, как и всегда, каждый новый день в этом забытом городе похож на предыдущий».
От действия риверы холод ощущался не так остро, и Сара сняла широкие очки на пол-лица и термобалаклаву. Зима особенно подчеркивала ее бледные, мягкие черты лица. Снег уже успел упасть на ресницы, щекотя веки. Сняв перчатки, она аккуратно стряхнула его, пренебрегая всеми нормами безопасности. В левом уголке губ появилась едва заметная ухмылка и тут же пропала.
