– Разумно! Ты голодная? Я принёс пиццу с прошутто, ньокки с форелью, багет, бутылку вина. Ты пить не будешь, я выпью с удовольствием. – Он улыбнулся. Сара посмотрела на него впервые по-другому. Перед ней стоял красивый, высокий молодой мужчина почти тридцати лет с ясными и добрыми глазами.
– Да, голодная. И вино попробую.
– Я помогу тебе накрыть на стол.
Через несколько минут они уже ужинали, пицца была ещё теплая. Сара глотнул вина и через минуту почувствовала теплоту во всём теле и приятную расслабленность. Стефано весело шутил, рассказывал смешные истории из его школьной жизни.
– Жаль, что вы не пишете стихи больше, – сказала Сара.
– Слушай, я давно хотел просить тебя, давай на «ты»?
– Это будет сложно.
– Попробуй. Я уже не твой учитель. Мне хочется верить, что мы друзья. Да?
– Да. Хорошо, Стефано. Так почему ты не пишешь больше?
– Я пишу, Сара. Но не считаю это стихами.
– Почему?
– Потому что стихи – это не просто рифма, это целая система, как музыка. Нельзя написать мелодию, не зная нотную грамоту. Для того чтобы стать поэтом, нужно обязательно, иметь веру в поэзию, понимать законы, по которым стихи пишутся, иметь внутреннюю свободу оставить привычную жизнь и стать кочевником. Потому что для настоящей поэзии нужны постоянно новые впечатления, места, люди. Моя жизнь далека от жизни поэта, и я не готов пожертвовать своей привычкой пить кофе в баре ради того, чтобы сидеть где-то на холме в Шотландии и писать. Я думаю, что мечты не сбываются именно потому, что человек не может отказаться от комфорта обыкновенной и заурядной жизни.
– То есть, следуя твоей логике, я тоже не смогу стать танцовщицей и выступать, потому что не готова отказаться от привычной жизни?
– Да, возможно. Ты же не захотела поступать в Академию.
– Дело не в ней. Я просто не хочу учиться танцевать. Поэзии же тоже не учат. Это где-то внутри живёт. Просто ты записываешь рифму, а я пишу историю движениями. Как можно этому научить? – И она положила в рот огромный кусок пиццы.
– Когда я встретился с тобой в Риме, я…я снова стал писать. Знаешь, – он придвинулся ближе, – люди, которые нас окружают или нет, влияют на нашу способность поверить в себя. Я прочитал Муфалали свои стихи, ей не понравилось, и у меня опустились руки.
– Зачем ты вообще с ней стал жить? Вот не понимаю я!
– Потому что… хотел о тебе перестать думать, – Стефано посмотрел на Сару и виновато улыбнулся.
– Обо мне? – она была удивлена.
– Да, Сара, – Стефано посмотрел серьёзно на неё и тихо продолжил: – Мы так часто откладываем важные вещи на потом. А потом не случается. Сара, я думаю, что сегодня мне очень повезло. Я хочу сказать, что ты стала для меня близким человеком.
– И ты, Стефано. Мой первый и настоящий друг.
– Сара, – Стефано посмотрел ей прямо в глаза, она отвела взгляд. – Я люблю тебя.
– Стефано!
– Да, Сара. Ещё в школе влюбился в тебя, но не мог позволить себе признаться. А сегодня вечером мы с тобой одни, и я не мог не сказать тебе. Прости. – Он отвёл взгляд.
Сара ласково погладила его руку:
– Не нужно, Стефано. Не извиняйся. Ты мне тоже очень дорог. Возможно, я влюблена в тебя. Мне нравится быть с тобой.
Стефано встал из-за стола.
– Куда ты? – озабоченно спросила Сара.
– Я сделал глупость, хочу уйти. Да и Муфалали меня ждёт. Уже поздно.
– Ты же хотел расстаться с ней?
– Завтра утром. На ночь не буду. Да я думаю, она всё поняла. Бессмысленно сожительствовать. Когда я рядом с ней, то чувствую себя ужасно.
Сара пошла провожать его. В прихожей, уже стоя в дверях, Сара смотрела на Стефано и понимала, что не может его так отпустить. Она чувствовала, что больше так близки они не будут. Сара подошла и поцеловала Стефано в губы, он ответил. И в этом поцелуе было прощание.
– До свидания, Стефано.
– Пока, Сара. И спасибо.
Когда он ушёл, Саре стало тоскливо. Тянуло в левой части груди. Она села на кушетку возле входа и как будто чего-то ждала. Вдруг раздался звонок в дверь.
– Стефано?
– Да, прости. Забыл отдать тебе кое-что. – Он протянул маленький сверток. – Это Петрарка, как ты можешь догадаться, – он усмехнулся. – Но это мини-книга. Она всегда может быть с тобой как напоминание обо мне.
– Зачем, Стефано? Мы будем вместе. Димитрий меня оставил, ты расстанешься с Муфалали. Мы будем вместе.
– Не знаю, Сара. На сердце как-тот неспокойно. – Он нежно гладил её по голове, – Но не хочу бояться потерять тебя. Буду помнить сегодняшний вечер всю свою жизнь. – Я пойду. Уже поздно.
– Хорошо. Спасибо за подарок.
– Спокойной ночи, Сара.
На часах было почти десять вечера. Сара умылась и легла в кровать. Стала засыпать, но тут раздался звонок. Незнакомый номер. Брать не хотела, но всё же в последнюю минуту решила ответить.
– Да? – сказала Сара.
– Привет.
У неё ёкнуло сердце. Это звонил Димитрий.
– Я уже сплю.
– Прости. Я только освободился. Хочешь, перезвоню?
– Нет-нет, – Сара спохватилась и села на кровать.
– Как твои дела? Ты вчера позвонила мне в ужасном состоянии. Надеюсь, тебе удалось выспаться?
– Да, спасибо. Прости, пожалуйста. Я даже и не помню, что говорила.
– Ничего особенного. Но я рад был тебя слышать.
