– Виноват, но ты, же знаешь, какая у меня служба, рабочий день не нормирован. Совершенно нет времени бегать по цветочным рынкам и магазинам.
– Вспомни, когда мы с тобой были на концерте или в театре?
– 10 ноября в День советской милиции на концертах солистов крымской филармонии Софии Ротару и Юрия Богатикова.
– У тебя совершенно нет времени на жену и детей. При живом муже я чувствую себя соломенной вдовой. А вот Александр Петрович, даже при его ответственной партийной работе, выкраивает время на театры, музеи, концерты и другие культурные мероприятия.
– Да, у него свободного времени, хоть отбавляй, – вспылил Калач. – Языком болтать – не землю пахать, а демагогию разводить – не бандитов ловить, постоянно рискуя здоровьем и жизнью.
– У тебя для задержания преступников есть подчиненные, личный состав, работники угрозыска, следователи, кинологи с овчарками…
– Что же мне, по-твоему, отсиживаться в окопах и кустах, когда другие рискуют жизнью?
– Но и лезть на рожон не следует. Надо думать обо мне и детях. Кто о нас позаботиться в случае трагедии?
«Если бы у нее был роман со Слипчуком, то она бы так не тревожилась о будущем, о моей безопасности и здоровье, ведь недаром подмечено: «какая грустная жена не мечтает стать веселой вдовой», – подумал майор, окинув взглядом ее стройную, изящную фигуру. Лариса Юрьевна стояла у освещенного заходящим солнцем окна.
«Все-таки замечательная у меня жена. А то, что мужики провожают ее взглядами, так созерцать красоту никому не запретишь. Главное, чтобы их симпатии и вожделения не преступали границы дозволенного. Любовные письма Слипчука, если они остаются безответными, еще не факт их интимной близости. Как говорится, не пойман – не вор, – продолжил он размышлять. – Возможно, я действительно, поторопился, наломал дров со столь грубым выяснением отношений. Все-таки он не рядовой гражданин, которого в отместку за домогательства к супруге, можно было бы для профилактики поместить в ИВС или медвытрезвитель.
В масштабах района второй секретарь – большая шишка и сумеет отомстить по полной программе. Проступок, если конечно, инкриминируют, как злостное хулиганство по статье 206 часть 3 УК, будет стоить мне увольнения из органов МВД, исключения из КПСС и осуждения на пять-шесть лет в ИТК строгого режима без отсрочки исполнения приговора. Это – катастрофа».
– Слава, у меня тревожно на сердце, ноет и щемит, – призналась женщина, будто проникнув в сонм его мыслей. – Очень плохое предчувствие. Тебя могут арестовать?
– Вполне. Но не будем загадывать, утро вечера мудренее, – попытался ее утешить. – Уже поздно, погас закат, пошли отдыхать. Может это наша последняя ночь перед долгой разлукой. Подари мне свою нежность.
– Прости, но я не настроена, на сердце кошки скребут. Дай Бог, чтобы беды и неприятности прошли мимо.
– Ты все-таки жалеешь бабника.
– Глупо, дико после такого случая предаваться утехам. В тебе опять закипает лютая ревность, – с обидой промолвила Лариса. – Как ты не можешь понять, что Александр Петрович многим, в том числе замужним, женщинам оказывает знаки внимания. Такой он любвеобильный человек. Другие мужчины относятся к его хобби терпимо, не конфликтуют, как ты.
– Он, что же, всем сотрудницам, как и тебе дарит французские духи «Шанель№5», «Опиум», «Дюна» и косметику? Это сколько же надо получать денег. Только матерый коррупционер, взяточник способен на такие затраты. Я поручу начальнику ОБХСС заняться этой персоной.
– Не знаю, дарит или нет? – ответила она. – Повремени со своим ОБХСС, не усугубляй ситуацию. Мы еще с одной проблемой не разобрались.
– Согласен. Но имей в виду, что принимая от него дорогие подарки, ты обрекаешь себя на зависимость и ответную благодарность. Сама знаешь, какой самый желанный подарок для мужчины, чего он от нее добивается? Знойного тела, интима. Это лишь глупцы считают, что «в СССР секса нет», откуда тогда младенцы берутся.
Стоит, хотя бы один раз проявить слабость и ты окажешься его любовницей, по сути, наложницей и заложницей своей доверчивости и легкомыслия. В случае отказа, он станет угрожать и шантажировать. Не упоминай в моем присутствии его имени, и все, что подарил, золотой перстень, серьги, духи, косметику, немедленно возврати, чтобы в нашей квартире от него духу не было.
Она на это категоричное требование ничего не ответила, а супруг продолжил:
– Ты говоришь, что другие мужчины проявляют терпимость к тому, что он пристает к их женам. Проявляют лишь потому, что боятся его высокой должности и мести. Но тебя он теперь будет обходить десятой дорогой. Если пропишут костыли или инвалидную коляску, то станет к бабам равнодушным, а значит неопасным.
– Не будь циником. Любой человек, оказавшийся в беде, заслуживает помощи и сострадания. Это же в твоих интересах, чтобы Александр Петрович…
– Я просил не называть его имя, – прервал он.
