Рассказ Евгения Львовича Маркова из жизни кавказской пантеры
Весело гнали своё стадо маленький Бесо и его сверстник Герасим. Обоим малышам едва минуло по двенадцати лет, но оба уже крепкие, сильные мальчишки, ловкие и проворные. Тёмные рубахи туго стянуты узеньким ремешком, на ногах — кожаные каломани из буйволовой кожи, за плечами болтаются маленькие башлыки. В них заботливые матери уложили мальчикам по куску холодного мяса, кукурузное мчади (лепёшки) и неизбежные зубки чесноку.
Всё стадо быстро двигается по знакомой дороге. Впереди держатся умные буйволицы с красивыми чёрными глазами, за ними — коровы, быки, а сзади рабочие буйволы равнодушно шагают, замыкая шествие... Работы у мальчиков — никакой. Стадо идёт сплоченно, уверенно, не разбегается, не останавливается у придорожных кустов и стремится скорее добраться до зелёных склонов горы Сатанджио. Там такая вкусная и ароматная трава, такие нежные кисленькие корешки и пряные цветы! Даже захиревшая корова и отощавший от непосильной работы буйвол быстро поправляются и жиреют на богатых пастбищах Сатанджио... Много земляники, алычи, ежевики, диких груш и других фруктов растёт по ущельям и опушкам лесов на горе. Деревенские мальчики с радостью гоняют туда скотину, зная, что они найдут на этой горе много всяких ягод и фруктов.
Покатые склоны Сатанджио переходят дальше в крутые. Издали гора представляется высоким конусом, на вершине которого маячит старинная каменная башня.
Каждый самурзаканец знает гору Сатанджио. Со всех сторон широкой Самурзаканской равнины видна Сатанджио. Видно её из Окума и из Зугдид за Ингуром, и из Очемчир на берегу моря. Путник с парохода между Очемчирами и Анаклией всё время видит на краю горизонта конус горы и таинственную башню на её вершине. Это — крайний отрог Великого Кавказского хребта, рядом хребтов и ущелий соединённый с седым великаном и выдвинутый в равнину Абхазии, как сторожевой дозор старика Кавказа.
А про башенку наверху много недоброго рассказывают старики. Недаром гора и башня называются «Сатанджио», что по-русски значит: мука, пытка, истязание...
В далёкие, давние времена жил здесь могучий и жестокий князь. Он заставил местных селян натаскать на вершину горы камней и построить себе башню. В ней он жил в безопасности от нападений, которым прежде постоянно подвергались берега Абхазии со стороны соседей. За каждым пустяком приходилось бедным селянам подниматься на высокую гору к грозному господину, грабившему и разорявшему своих несчастных подданных... Вот с того проклятого времени и стала гора называться «Сатанджио .
Бесо и Герасим родились недалеко от Сатанджио в маленькой деревушке, где было около ста дворов, по-тамошнему ― «дымов» самурзакан-цев. Там сеют кукурузу, разводят скот, шелковичного червя и вьющийся по деревьям виноград изабеллу , по-местному — Одессу. Живут бедно.
Уже позади пыльная дорога. Стадо выбралось на зелёные склоны и широко рассыпалось по горе, аппетитно чавкая, срывая нежную траву под самый корень и скусывая сочные лопухи и молодые побеги кустарников. Чем дальше продвигается стадо, тем медленнее переставляют ноги животные. Первый голод утолен. Спокойнее уже щиплют они покрытую серебристою росою траву и, озираясь но сторонам, перетирают её своими крепкими зубами в мельчайшую зелёную кашицу.
А июньское солнце высоко поднялось на небе, греет землю, навевает мальчикам сон, желание прилечь. Они уже успели вдоволь наесться ароматной земляники. Бесо стоял в тени корявого бука и наигрывал на камышовой свистульке весёлую песенку, а Герасим лежал рядом и тоже подсвистывал.
Вдруг страшный рёв коровы раздался со стороны леска.
Всё стадо, как безумное, неслось, задрав хвосты, вниз с горы. От топота животных стоял гул, как от землетрясения. Мальчики с палками в руках бросились к барахтавшейся на земле корове дяди Илариона и в ужасе остановились...
Корова уже не шевелилась. На ней сидели две громадные светло-жёлтые с чёрными пятнами кошки и рвали её зубами и когтями. Пробовали было храбрые дети махать на разбойников-зверей палками и кричать. Но страшные кошки, не отрываясь от своей жертвы, грозно рычали. У храбрецов поджилки затряслись, голос оборвался от страха и, оставив на произвол зверей несчастную корову, оба мальчика со всех ног бросились под гору за стадом.
— Скорей домой!.. Надо звать старших на помощь! — решили пастушата.
Внизу под горой, сбившись в кучу, поминутно фыркая и задрав хвосты, неуклюже бежало всё стадо. Теперь уже коровы были впереди всех, а буйволицы, наоборот, находились в хвосте стада. Они раздражённо поворачивали на бегу головы в разные стороны, как бы желая убедиться, что за ними нет погони. Только выбравшись на большую пыльную Окумскую дорогу, стадо приостановилось в нерешительности. Казалось, животные раздумывали — идти ли им так рано домой или вернуться снова на зелёные склоны Сатанджио, где такая сочная и вкусная трава. Но дети уже догнали стадо и немилосердно стали лупить палками отстававших животных, спеша скорее в родную деревню.
— Что это за кошки? — спросил в волнении Бесо.
