«Зато для меня это было бы лучше!», — подумала она. А потом задумалась, а было бы лучше? Что если она бы впоследствии, выйдя за него замуж, узнала о том, что он гуляет на стороне. «Ну-у-у, оттяпала бы половину имущества это точно», хмыкнула она про себя. И какую роль в этой истории сыграла Катерина? Она никогда не задумывалась о том, каким образом всё произошло между этими двумя. Дарья просто не утруждала себя такими рассуждениями, они оба были для нее предателями. Причем с большой буквы «П».
— Ты до сих пор злишься на них? — вдруг спросил Женя.
Даша скривилась, отвечать на этот вопрос она не хотела, а увильнуть не получится, Евгений сразу заподозрит неладное. А вот этого ей совсем не нужно!!!
— А ты бы не злился? — задумчиво протянула она. — Конечно, я злилась, но я продолжила жить дальше, перешагнув через это. Оставив всё, что тогда произошло далеко позади…
«Деточка, да тебе в актрисы нужно! Как красиво заливаешь! Лгунья!» — вопила ее совесть. Самой Даше не нравилось то, что она творила, но это было необходимо для нее, если она хочет сделать всё как нужно. Только была маленькая проблемка. Беляева не знала ответа на вопрос — а как собственно нужно?
— Теперь я хочу только одного — встретиться со своим прошлым и жить дальше, уже без всей той грязи, — устало закончила она.
— Ты так сильно его любила? — спросил Женя. — Я же вижу, что тебе до сих пор больно.
Больно? Дарья усмехнулась. А ведь он не видел и десятой доли тех переживаний, что сейчас мечутся у нее в душе.
— Больно, но тогда было больней. Тогда помимо моральных переживаний, была еще и боль физическая, — постукивая пальцами по столу, ответила Дарья.
— Физическая? Этот козел тебя ударил? — опять взъярился Женя, готовый броситься на ее защиту.
— Интересно ты зовешь своего друга? Он об этом знает? — поинтересовалась Дарья. — Нет, это не он, это сделала твоя сестра.
— Она тебя ударила? — еще больше удивился Жека, видно парень совсем не знал свою сестрицу.
— Я даже скажу тебе больше, — она рефлекторно погладила маленький шрам, оставшийся у нее на запястье. — Ты разве не видел шрамов от операции? Женя, она толкнула меня под машину…
Катерина Алексеевская выходила из кабинета акушера-гинеколога, который только что сообщил ей радостную новость. Она ждет девочку. Для многих эта новость стала бы радостной, но Катя чувствовала себя жутко уставшей. Постоянный токсикоз и невнимание любимого мужчины сделали ее истеричкой. Хотя и раньше она не отличалась особой спокойностью характера, но в последнее время истерики и постоянные мысли о безвыходности ее положения вгоняли ее в беспрерывную тоску. Иногда ей даже хотелось наложить на себя руки. А всё из-за него. Из-за Виталия.
Она долгое время была в него влюблена. Воронов был лучшим другом ее брата и совершенно не обращал на нее внимания. Что она только не делала, чтоб привлечь это самое внимание. Вызывающе одевалась и красилась, выучилась на шеф-повара и устроилась к нему работать, долгое время обучалась тому, как доставить мужчине удовольствие, постоянно преследовала его, но… однажды на горизонте появилась Даша и все ее попытки пошли крахом. Катя помнила, как злилась на Беляеву, да и на весь мир, что они вместе. Постоянно спрашивала себя, что же в ней такого он нашел. Ведь они были совершенно разными. Она-то и втерлась в доверие к Даше только из-за того, чтобы быть ближе к Виталию. Катя лелеяла надежду, что он вдруг очнется и поймет, что Белоснежка создана не для него. Она была хорошей, доброй и нежной, а он темным, порочным и далеко недобрым.
Катерина любила Дашу. Любила, как могла. Полюбила за то время пока они были друзьями, и часто мучилась от того, что чувствует к ее жениху, истязая себя. А ведь она могла уехать, попытаться отстраниться. Или не могла… Воронов был слишком в ней, в ее крови, в ее плоти. Она желала его. Она его ненавидела. Жить без него не могла. Сходила по нему с ума. А может уже давно сошла…
Она себя ненавидела и презирала за это. За то, что была слабой. За то, что не могла отпустить его. Отпустить? А ведь он и не был ее, так ведь? Виталий всегда только использовал ее, и она это знала. И позволяла использовать, ничего не прося, довольствуясь теми крупицами чувств, которые он ей давал. Пусть даже если это был гнев, похоть и ненависть. Он не видел ее. Не видел того, что она живая женщина, а не безмозглая кукла. Никогда. За это и ненавидела она его, за то, что Ворон не мог разглядеть в ней всю ту любовь и одержимость им.
А то, как она поступила с Дашей… за это Катя ненавидела еще больше. Это как снежный ком, который по мере движения всё увеличивается и увеличивается, и уже нет возможности остановить его или хоть как-то притормозить.
