- Моя мать получила то, что так хотела, женила его, в конце концов. После множества ссор и оскорблений. Катя родилась уже в семье... хотя семьей назвать то, как мы жили это преувеличение. Отчим никогда не любил ни мать, ни Катю. Начиналось всё постепенно. Одна рюмка, две... потом больше. В общем, отчим стал пить, гулять. А возвращаясь домой, он накидывался на мать с претензиями и обвинениями, что она ему жизнь испортила. А мама все терпела, говорила, любит его. Помню, Катя как-то спросила, почему папа всегда такой злой и почему мама это терпит. Ей было всего-то лет семь. А мама ей "Вот станешь взрослой, полюбишь и всё поймешь!". Вот так мы и росли, самое ужасное, что я ничего не мог изменить. Из-за дня в день я слушал все эти крики, ссоры...
- Он бил ее? - наверное, каждый на месте Даши подумал бы о худшем.
- Нет, он был из профессорской семьи, работал в университете, в общем, не человек силы он. Но растоптать и убить человека можно не только действиями и силой, слова тоже для этого прекрасно подходят. Я вынужден был наблюдать, как мать убивает себя морально на протяжении нескольких лет. Так продолжалось, пока я не стал достаточно взрослым, чтобы ответить. Если не ошибаюсь, мне было тринадцать. Я вернулся после тренировки и опять застал плачущую мать и орущего Петра. Я тогда просто не выдержал, высказал всё, что думаю. А когда он отвесил мне оплевуху, я ударил в ответ... в общем, он выкинул меня из квартиры вместе с вещами, а мать даже слова не сказала. Он для нее был важнее, чем мы с Катькой. Помню, Катя плакала тогда, не хотела меня отпускать, а он ее в туалете запер, чтобы не мешалась. До сих пор простить себе не могу, что ушел. Может быть, если бы я остался, то смог бы ей помешать. Кто знает...
- Боже, я не знала...
- Никто не знал, - голос Жени был спокоен, слишком спокоен. - Для всех остальных мы были образцово-показательной семьей. Мама всегда всех уверяла, что Петр самый лучший. Она была хорошей актрисой, все были уверены, что они счастливы в браке. Мать даже Катю уверила, что происходящее в семье это нормально. А Петр по понятным причинам не выносил сор из избы. Я ушел жить к отцу, он так и не женился после развода с матерью. А однажды, я просто узнал, что моя мать умерла. Покончила с собой. Повешалась в спальне, пока Катя в другой комнате делала уроки.
- Кошмар...
- Да, - потерянный взгляд Евгения метался по кухне, - самое ужасное, что как только мать похоронили, Катя совершенно стала не нужна отчиму. Он забросил ее... Петр даже не возражал, когда я забрал ее к себе. Это произошло через год после смерти матери. К тому времени умер и мой отец, а мне досталась его квартира. Я забрал ее к себе и растил сам. Потом когда она стала достаточно взрослой взяла мою фамилию, так как со своим отцом она к тому моменту разругалась в пух и прах. Я сам зарабатывал и обеспечивал нас обоих. Для меня она не просто сестра, она мне как дочь, может и странно это звучит, учитывая нашу возрастную разницу в три года. Я помню, как краснея, объяснял ей про отношения мужчин и женщин, как помогал ей покупать первый бюстгальтер. И я прекрасно знал о ее детской влюбленности в Воронова. Он был моим лучшим другом и постоянно обитал у нас, ведь у себя дома он не мог находиться. Я не придавал этому значения до тех пор, пока Катя буквально стала пытаться соблазнить его. Вит даже на время перестал приходить к нам. Потом мне казалось, что она переросла это. Но... я стал замечать за ней... Катя слишком похожа на мать, а воспитание, которое она получила в детстве... в общем, у нее стали проявляться не стандартные суждения, я пытался исправить это, но то, что вбила мать в ее голову въелось настолько сильно, что я изменить ничего не мог. Я за ней приглядывал. Мне стало казаться, что ее убеждения ей в принципе не мешают жить и со временем все успокоится. Но потом ты и Воронов стали встречаться... у нее были нервные срывы и истерики, вы не знали об этом. Но резкие перепады настроения ты, наверное, тогда заметила. А когда дело пошло к свадьбе, Катя неоднократно уговаривала меня скомпрометировать тебя. Сестра знала, что ты мне сильно нравилась и пыталась это использовать. Я отказался и пригрозил психиатром, если она не успокоится. Это подействовало. А потом мне пришло предложение работать из-за границы, и я согласился. Уезжая, я взял с него слово, что Вит не притронется к ней и пальцем. Я прекрасно сознавал, что Катя будет пытаться соблазнить Воронова, и знал, что это ничего хорошего не принесет. А мой друг зная, зная абсолютно всё, затащил ее в постель! И теперь история моей матери повторяется с моей сестрой, и я опять не могу ничего сделать! НИЧЕГО! Ты хоть понимаешь насколько это больно?! А Воронова я ненавижу, потому что он не выполнил одно обещание. Всего одно обещание. Я никогда ничего не требовал у него и думал, что наша дружба стоит большего. А Виталий даже одного обещания не смог выполнить, а я ведь ради него жизнью рисковал! Он был мне, как брат!
