- Понимаешь, - спокойно отозвался он. Он был спокоен. Слишком спокоен! - Не знаю, что ты там задумала, но ты должна отпустить прошлое. Уезжай, возьми с собой Красавчика, забудь всё и будь счастлива. Прошлое не стоит того, чтобы из-за него мараться, а то не заметишь и в один прекрасный момент станешь такой же, как я.
- Я никогда не стану такой как ты! - Даша встала из-за стола и твердо на него посмотрела. - И ничего я не замышляю! Думаю, тебе следует сходить к психиатру, у тебя мания преследования! Думаю, нам не о чем с тобою говорить. Бай-бай!
Развернулась и пошла к двери, заставляя себя спокойно и твердо переставлять ноги, хотя хотелось побежать. Быстро и куда глаза глядят, подальше от этого места. Подальше от Воронова. Беляева так сильно сконцентрировалась на том, чтобы не выдать своего страха, что не услышала шаги позади себя. Она почти дошла до двери, где ее ждала долгожданная свобода, но твердая рука легка на ручку двери, прежде чем она успела открыть ее.
- Мы не закончили, - прошелестел его голос над ее ухом.
- Я так не думаю, - ее голос звучал уверенно, не смотря на всю внутреннюю неуверенность. - Мы уже обо всем поговорили.
Ей не чем было дышать. Запах его одеколона, смешанный с его собственным запахом ударил ей в нос, порождая давно забытые воспоминания. Те самые воспоминания, которые она давным-давно похоронила в своем сердце. Удары сердца отдавались в ушах, от притока адреналина голова начала кружиться. Отгоняя не нужные сантименты, она развернулась и посмотрела ему в глаза, доказывая ему и себе, что она его не боится.
- Открой дверь, - твердо проговорила она.
Его взгляд прошелся по ее лицу и задержался на губах. Ей стало жарко. Один рывок и она прижата его телом к двери, не имея возможности пошевелиться. Она просто замерла. Волна возбуждения прошлась по ее телу. Тело опять ее предало. Твою мать! Ну, сколько можно?! Он только что на ее глазах имел другую, а она хочет его! Есть ли у тебя гордость, Беляева? Этот человек разрушил твою жизнь!
- Даша, - его мягкий шепот прошелся по ее щеке, - ты не должна этого делать. Ты не должна идти на поводу у прошлого. Не разрушай свою жизнь, малышка. Я этого не стою.
Возбуждение, гнев и ревность все смешалось в единый клубок. Хотелось ударить его. Сильно. А потом еще. И еще. Пока он не почувствовал всю ту боль, что причинил ей!
Несмотря на свои нежные слова, он держал ее крепко, будто отпускать не хотел. Столь близкое его местонахождение не делало ее мысли более ясными. Наоборот, она уже не знала, где она, а где прошлое, где настоящее и вообще кто она сама. Но одно она знала точно - как ей было больно, видеть его с другой!
- Пошел ты, - прошипела она, не желая принимать его мягкость и нежность, и чуть развернувшись, попыталась коленом ударить его в пах. Она хотела сделать ему больно, хотела стереть то нежное выражение лица, хотела видеть его злым и неконтролирующим себя. Она должна ненавидеть его! Должна!
Он перехватил ее коленку до того, как она его ударила. Теплая рука уверено взяла и зафиксировала ее ногу. Большой палец его руки начал нежно поглаживать нежную кожу на бедре, отчего ей стало невыносимо жарко. Ей нужно сбежать. Немедленно!
- Ах ты моя маленькая валькирия, - улыбнулся он. - Я и не знал насколько, ты можешь быть дикой, любовь моя.
И поцеловал. Сначала Даша стояла, как молнией пораженная. Не отвечала. Не шевелилась. Просто не могла пошевелиться. Возбуждение, гнев, горечь и страх боролись в ней. И в итоге возбуждение выигрывало. Она была дурой, слабой тряпкой, не чем, не лучше Кати, потому что через минуту уже вовсю отвечала ему. Пытаясь навязать свои правила, не уступая ему. Их поцелуй был противостоянием. Он не хотел отдавать контроль, она не желала подчиняться. Ее руки с силой сжали его шею, а ноготки впились ему в кожу. Она делала ему больно, намерено, но он не обратил на это внимания, углубляя поцелуй.
В затуманенном мозгу Даши промелькнула мысль о том, какая же она дура, ведь еще каких-то десять минут назад он имел другую. Воронов одинокий волк, он не умеет быть верным, он причинил ей слишком много боли. И причинит ей еще, если она его не остановит.
Взяв себя в руки, она укусила его со всей силы. Зубы впились его нижнюю губу, разрывая плоть. Она почувствовала солоноватый вкус его крови на своих губах. Что-то жутко напоминающее удовлетворение наполнило ее мозг и сердце.
Вит отстранился и посмотрел на нее своим стальным взглядом. По губе у него текла струйка крови. Даша подавила свое сумасшедшее желание слизать ее и продолжить начатое, но стоило ее взгляду упасть на стол, как ревность и гнев прогнали это желание. Она не будет его очередной девкой! Никогда! Он провел рукой по губе, размазывая кровь.
- Дикарка, - восхищенно проговорил он. - Ты права, я не все о тебе знаю, малышка. Но обязательно узнаю!
