— Ладно. — Я положил перед собой клинок и вывалил все деньги, что у меня были. Остальные брезгливо посмотрели на россыпь моих медяков и серебряников. Но ничего не сказали.
Игра пошла. Открытием для меня стало то, что силой я чувствовал положение костей в большой кружке. Трое из шести сидящих жульничали. Они каким-то способом переворачивали некоторые кости во время тряски. Сукины дети. Неужели знакомство с городом мне придется начать с убийства?
Кидали по семь игральных костей. Трое из шести выкинули больше тридцати пяти. Я тряс стакан, стараясь повернуть кости нужной стороной. Практика с монетками не прошла даром. Я выкинул ровно сорок. Ухмыльнувшись, забрал выигрыш. Вернул свой кинжал на место и сгреб девяносто золотых. Сыграли еще два круга, я для порядка проиграл оба. У меня осталось шестьдесят. Нужно было прикормить сучат, чтобы вывести на ставки побольше. Я заказал себе выпивку и начал планомерно нажираться. Как давно я нормально не выпивал!
Круг. Второй. Третий. Я опустошил свой выигрыш до тридцати золотых. Затем предложил поднять ставки. Сначала до тридцати, а потом до шестидесяти. Когда ставка поднялась до девяносто золотых за кон, все играющие потели, как свиньи. Кругом собрались зеваки, стол заставили опустевшие пивные кружки и еда. Тут-то я и начал раздевать этих рыбок. Догола. Беспощадно. Несколько конов подряд у четверых сразу выпадало одинаковое количество костей. Я подыгрывал. Мне было весело, как никогда. Другая троица явно приуныла, спустив кучу золота.
Совсем оборзев под конец, я начал менять положение костей и свои собственные на единицы. Окружившие нас зеваки просто визжали от восторга. Гогот стоял такой, что даже прохожие с улицы заходили внутрь узнать, что тут происходит.
В итоге я чуть не лопался от счастья, смеясь, как ребенок. Икрафис, я люблю тебя!
Когда накал страстей был максимально велик, а градус алкоголя вырос до предела, я ухватил сочную разносчицу еды и усадил на колени.
— Поделись своей удачей, красавица. — Девчушка довольно хрюкала в моих объятиях, таращась на кучу золота передо мной.
Я вложил в ее ладошку кости, обняв их и стакан, начал трясти. Я кидал последний. Вывертев кости своих оппонентов до минимальных значений, я решил закончить игру красиво, выбросив всего на одно очко больше. На кону было пятьсот сорок золотых.
Бросок. Открытие стакана. Игорный дом взорвался, как пороховая бочка. Все орали как умалишенные, я стиснул разносчицу в охапку и жарко поцеловал. Бабы у меня не было очень давно. Крики, похлопывание по плечу и кислые мины сидящих за столом, сладкие как мед для меня, были наградой.
— Всем выпивки за мой счет! — Новая волна одобрительного ора. Все кричали мое имя. Я был здесь почти богом. Богом Икрафиса!
Народ постепенно утих и начал расходиться к трактирщику за обещанной выпивкой. Настал самый сладкий момент. Отнимание золота у этих простаков.
— Где-то я уже это видел… скажи, Гурхен, тебе ничего не напоминает? — проговорил парень с заводным характером, который сейчас стал совсем не заводной.
— Еще как напоминает, — кисло сказал высокий штырь. — Вадлен, а тебе?
— Тоже. — Черноволосый парень с острым носом повернулся ко мне и сделал глубокий глоток пива. — Ты случайно не ищешь работу в городе?
Конечно, я искал. Пьяно икнув, я положил руку ему на плечо.
— Ищу! Сама судьба направила меня сюда. — Я улыбнулся так, как никогда не улыбался, троица коротко засмеялась при виде моего довольного лица. Кажется, им было совершенно не жаль потерянного золота.
Саша
Был поздний вечер, накрапывающий дождь собрал нас в библиотеке Ила. В такую погоду хочется сидеть под крышей и попивать вино, глядя в окно, или читать, чем мы сейчас и занимались.