Следующим и, наверное, последним испытанием доморощенного ниндзя было бесшумное надевание обуви. Эве пришлось сильно постараться, чтоб несколько раз решительно не выругаться каким-нибудь матерным словом, ведь ноги еле влезали в обувь. Этому причиной было не какое-то там ожирение, которое обычно Анна Марит всегда приписывала в таких ситуациях. Эва как обычно слишком сильно зашнуровала свои кроссовки, чтоб те не висели на ногах. Сложно было всунуть эту маленькую ножку в обувь без специальной ложки, которой Мун, естественно, решила не пользоваться. Она могла уронить еле или, того хуже, уронить что-то еще, пока потянется за этой ложкой для обуви. Тогда утреннее свидание с разъяренной мамочкой было бы неотъемлемой частью сегодняшнего утра. Когда сероглазая запрятала шнурки внутрь обуви и уже развернулась спиной к двери, забирая ключи с полки, то она услышала тяжкий выдох за своей спиной. В голове полился безграничный поток матов, а сама девушка уже медленно поворачивалась лицом к той, кто испортила ей всю операцию.
Мама смотрела на нее немного недовольно, словно пытаясь одним только взглядом вызвать у Эвы желание начать оправдываться. Но девочка держалась, покусывала внутренние стороны щек и все время блуждала глазами по просторному коридору. Говорить что-то в свою защиту девушка не стала, только дожидаясь, пока Анна скажет хотя бы слово. Женщина, осмотрев дочь с ног до головы, в один миг стала слишком серьезной. Погодите, неужели это то, о чем сейчас подумала Мун?
— Почему ты не могла сказать, что ты уходишь так рано? У тебя проблемы с учебой? — Как обычно, Анну интересуют только оценки. Эва едва заметно закатила глаза, вдохнув. Нужно ответить как-нибудь корректно, да так, чтоб не продолжать этого диалога. Мун все сильнее хотела оказаться в школе с каждой проведенной в коридоре секундой.
— Нет, у меня нет проблем. Я просто решила пойти пораньше.
— Что, вновь поедешь к своему наркоману? — Сначала рыжей показалось, что она ослышалась. Ну, может такое бывает, особенно если учитывать, какие события происходят в ее жизни последние несколько дней. Потом, внимательно всмотревшись в лицо матери, девушка поняла, что ни черта ей не послышалось. — А ты думала, я не узнаю? Вся ваша школа только и говорит о том, как ты съездила к нему на свидание. Ну что, гордишься собой? Гордишься, что собственноручно зарываешь свое будущее? — Оставшиеся чувства к Кристоферу заставляли все внутри взбудоражиться, а губы немного дрогнули, после растянувшись в одну прямую линию. Женщина уже перешла на крик, сама того не замечая. Но Мун не собиралась молчать или просто уйти из дома, ничего не ответив. Те самые чувства завладели ей целиком и полностью, заставляя раскрыть рот и начать говорить что-то, что казалось самой Эве бредом.
— Да, я была у него. — Спокойно произносит рыжая, стараясь как можно сильнее сконцентрироваться на своей речи. Ей было наплевать, понесется ли поток оскорблений со стороны мамы или нет. — И не пожалела, — Что было очевидной ложью. — И, если мне понадобиться съездить туда еще раз, то я поеду. — Она повысила голос, отчетливо замечая, как сильно изменяется лицо матери напротив. Анна Марит совсем не ожидала такой фразы, на секунду даже удивленно раскрыв рот. — Я буду ездить туда до тех пор, пока не пойму, что мне это не нужно. А если ты при мне еще раз скажешь, что я должна жалеть об этих отношениях, то я навсегда забуду, кто ты. — Подростковый максимализм, он такой. Иногда даже слишком жестокий. Однако после этой фразы рыжая быстро развернулась и, раскрыв дверь, смачно ею хлопнула, направляясь в сторону остановки по прохладной улице. Какая-то неизвестная личность ее подсознания кричала о том, что она и вправду должна жалеть, что вообще связалась с Шистадом. Но, будем надеяться, что все эти фразы наверняка оттолкнут желание женщины промывать ей мозги по поводу парня.
А еще, кажется Эва окончательно съехала с катушек. В ее голову закралась крайне странная мысль, которую, возможно, совсем не одобрит Нура. Но сначала рыжая, конечно же, посоветуется со своей подругой. В такие моменты ей лучше не стоит рисковать везде и со всеми. Здесь нужен совет незаинтересованного лица…
***
— Эва, да ты обезумела! — Восклицает Нура, выкладывая учебники по геометрии в свой шкафчик. На смену им приходит толстая книга по испанскому языку и не менее полная тетрадь, наполовину исписанная черными чернилами.
— Ничего я не обезумела, — Шепотом выдает рыжая, подойдя к блондинке чуть-чуть поближе. Разораться на весь коридор совсем не хотелось, тем более тогда, когда они обсуждают довольно весомую тему. — Нура, я прошу тебя. Для меня это вправду важно. Я устала уже, понимаешь? Мне серьезно это нужно.
