Начинало уже темнеть. Таня закрылась в доме и сидела на кухне, выпив уже несколько глотков коньяка, она никак не могла расслабиться. Произошедшее сегодня вызывало у нее ужас.
— Черт, от него никуда не деться! Как? Как меня угораздило так попасть! И как он узнал, что я там буду сегодня. Это не везение, Таня! Это не везение! Он, черт возьми, знал, где меня искать!
Она время от времени подходила к окну и смотрела на собаку, что она на месте и охраняет ее. Андрей трубку не брал и это очень пугало ее.
— Город для меня теперь не безопасен! Что же мне делать? Так скоро он меня и здесь найдет. Надо уезжать! Куда?! — и Таня закричала, закрыв руками лицо.
Вдруг она поняла, что Лара на улице начинает визжать. Значит, Андрей приехал, она чувствует хозяина.
Таня развернулась на стуле в сторону входа, выпив стакан с коньяком до дна. Горела только лампа в кухне, везде была полутьма.
Он как тень зашел в дом и стоял у порога молча. Таня всматривалась в темноту, но не могла его разглядеть, только очертания фигуры в куртке. Все происходило настолько быстро, а с другой стороны, настолько естественно, что Таня даже не поняла, когда она дала согласие внутри себя на это. Но ей хотелось того же, что и ему. Возможно, это был адреналин, еще бушующий в ее крови, коньяк или что-то еще. Это было сейчас не важно.
Андрей навис над ее стулом, наклонившись, взял ее под попу и пересадил на стол. Его горячие поцелуи покрывали ее кожу, реагирующую мурашками на его прикосновения. Таня стаскивала с него куртку и майку, такой знакомый аромат его тела.
Их губы встретились и от нежных прикосновений быстро переросли в страстные поцелуи, воспламеняющие их тела.
Таня лежала уже спиной на столе, а Андрей, выдернув край майки из-под ремня джинсов, оголил ее живот. Он стал покрывать его поцелуями, поднимаясь все выше. Андрей оторвался от Тани и внимательно смотрел за тем, как все новые участки тела появляются из-под майки, которую он тащил наверх. Когда он стянул ее через шею, Таня наконец-то смогла рассмотреть его лицо, у него была рассечена бровь, синяк и много ссадин.
— Андрей?! — она взяла его за подбородок, уставившись на него.
— Не порти момент!
— Давай я тебе обработаю раны.
— Уже все обработано. Уймись, женщина!
Таня хотела еще что-то сказать, но он занял ее рот поцелуем. А потом Андрей перевесил Таню через свое плечо и потащил наверх.
Он не выпускал ее из рук, боясь, что она убежит, упорхнет, исчезнет и все это окажешься неправдой, сладким сном, виденьем, и он вскоре просто проснется и от обиды захочется ударить по кровати.
Андрей так хотел этого!
Этот дом, эта спальня, все было понятно и знакомо для них двоих, хотя на простынях уже давно не было ее запаха.
Его горячее тело обжигало, как будто внутри был атомный реактор, Таня чувствовала огненные прикосновения на своей коже. Андрей прижал ее к кровати всем своим телом, руки блуждали, цеплялись, гладили, он впился губами в ее рот, язык жаждал, проникал все глубже, как будто заново знакомился с ней. Она тонула в его объятиях, после сумасшедшего адреналина сегодняшнего дня, побега, спасения, хотелось почувствовать, что они все еще живы, схватиться на это самое яркое подтверждение жизни — любить друг друга в этот момент, здесь и сейчас.
Как будто больше на свете ничего не существует, только их тела в объятиях на этой кровати.
Руки сжимали ее грудь, поцелуи спускались ниже, от шеи к животу, по дороге лаская грудь, посасывая соски, Таня плыла от этих ласк, тело дрожало от удовольствия, когда он не остановился на животе, а поцелуи спустились ниже.
Андрей раздвинул ее ноги шире, покрывая поцелуями внутреннюю сторону бедра, проводя языком по коже, чем ближе к ее вульве, тем больше Таня выгибала свою спину и дрожала в предвкушении, но ее любовник никуда не торопился. Он покрывал кожу поцелуями вокруг, но не дотрагивался до самого горячего места.
Таня же не выдержала и взяв его руку в свою, положила прямо на влажную вульву, желающую ласк, прикосновений. И стала управлять движениями его руки, раздвигать губы, проводить руками вверх и вниз, прижимать крепче клитор.
— Войди в меня! — прошептала Таня.
Он свел ее ноги вместе и сложил на бок, тогда как саму ее оставил лежать на спине, навис над ней, впиваясь в губы и одновременно, проникая в нее.
Таня громко вздохнула, но он накрыл ее поцелуем, который становился рваным, страстным, нетерпеливым, он прикусывал ее губу, сжимал в кулаке грудь и входил в нее глубже и глубже.
Она сильно дрожала, когда его член замирал в ней, входя глубоко, держал Таню на подбородок и смотрел в глаза, на ее реакцию, на ее желание сейчас быть с ним, принадлежать ему хотя бы эти сладкие минуты.
Затем он сел на край кровати, а Таню разместил сверху, обхватывая ее длинные ноги вокруг себя, она же обняла его двумя руками за спину, прижавшись грудью. Андрей управлял их движениями, держа ее за бедра, задавая темп, тоня в ее объятиях и стонах.
— Тише, тише, — шептала ему на ухо, стала медленнее опускаться на его члене, держась за плечи, сладкая волна накатывала на Таню, искра возгоралась внутри.
