– Нам необходимо точно выяснить, что он видел или не видел. Хотя, полагаю, тут тоже дело в личной выгоде. Вам наверняка уже сообщили, что Олбани и Шерпские на ножах? Возможно, герцог пытается провести через совет некий документ, а мой отец ему мешает, вот он и попросил сына пошатнуть позиции оппонента. Я слишком удобное орудие, чтобы им не воспользоваться.
– Однако, – встрепенулся собеседник при первых тактах вальса, – что мы все о грустном! Это бал, тут положено веселиться. Позвольте вас пригласить, леди Джейн?
Поставив опустевший бокал на пол, он чопорно протянул мне руку.
– Позволяю, – рассеянно кивнула я, проделав то же самое со своим бокалом.
Мне срочно требовалось проветриться, разложить мысли по полочкам. Если продолжу думать о словах Ричарда, голова взорвется!
Никому нельзя верить на слово. Истина упорно ускользала, но я не теряла надежды до нее докопаться, пусть ради этого придется допросить весь Комберг.
Случайно повернув голову вправо, я нахмурилась и сбилась с шага.
Блистающая в прямом смысле этого слова Синтия нежно льнула к груди Эрика и что-то шептала ему на ушко. Все бы ничего, только пальцам Арена-младшего полагалось быть на несколько сантиментов выше, танцевальная позиция не предусматривала ладоней на обтянутых тканью округлостях партнерши.
Продолжая буравить парочку взглядом, в пол-уха слушала Ричарда, говорившего дежурные комплименты. Перед глазами стояла ладонь Эрика, довольное лицо Синтии, ее вызывающее платье. Куда там офицерше с ее примитивными уловками в виде выпадающей груди, Синтия показала себя рыбаком экстра-класса! Где только достала эту напоминавшую рыбную чешую ткань? Пока дамы потели в корсетах и пышных юбках, она обтянула себя платьем словно чулком. Формально все пристойно: глухой воротник, подол в пол, никаких разрезов, ради чего юбку от бедра пришлось чуть расширить, но по факту… Уверена, поголовно все мужчины в зале захлебнулись слюной, а женщины позеленели от зависти.
Синтия не прятала свои формы. Пожалуйста, любуйтесь ее грудью, пятой точкой. Ведьмин котел, ткань лифа топорщилась так, словно… Она не надела нательную рубашку, под тонкой тканью ничего?! Надеюсь, хотя бы панталоны на месте.
С трудом отвела взгляд от бесстыжей парочки.
Вот змея! Я-то думала, она собралась отравить Натана, обнародовать какие-то документы, а она… Недаром лорд Рурк ее бросил. И Эрик тоже хорош! Так-то он прятался от невест! Не удивлюсь, если успел свою рыбку полапать.
Внутри закипала злоба. Хотелось отомстить Эрику, больно отомстить. Дело даже не в том, что он не выбрал меня… Хотя и в этом тоже. Он так смотрел на Синтию! Похотливо, не скрывая своих планов на вечер. И если в восемнадцать я утешала себя тем, что, удовлетворив потребности тела, Эрик кинется в мои объятия, то теперь я в этом сомневалась.
– Что с вами, Джейн? Вам нехорошо? У вас лицо перекошено, – забеспокоился Ричард.
– Нет, спасибо, все в порядке. Хотя…
Демоненок пробрался в чертог моего разума и принялся раскачиваться там на качелях.
А что, если?..
Бросив очередной взгляд на воркующую парочку, хищно улыбнулась. Пусть они обнимаются, целуются, я тоже могу, вот и кандидат имеется. Порадую батюшку, отомщу и Эрику, и Натану разом.
Мужчины как дети! Полагают, будто это они выбирают, а мы, женщины, если нас отвергли, навеки заперлись в лаборатории и разливаем слезы по пробиркам. Ждем, пока кавалеры одумаются, хороним свою молодость. Бородавка вам на нос, а не мои слезы! Вот возьму и закручу деревенский роман с Ричардом Олбани. Попользую и брошу. Как тебе, Эрик? Вы под одним кустом милуетесь, мы под другим. И все довольны.
– Поцелуйте меня! – наклонившись к Ричарду, жарко шепнула я.
– Простите?
Олбани явно принял меня за сумасшедшую.
– Ладно, – немного облегчила задание, – хотя бы обнимите крепче, улыбайтесь, шепчите разное на ушко.
– Что шептать? – вконец опешил он.
– Да что угодно! – в сердцах выкрикнула я, позабыв, где нахожусь.
Ну вот, теперь все на нас смотрят. Остолоп Ричард тоже пялится, руку отпустил. До чего же недогадливый!
Желание досадить Эрику никуда не делось, и я заметалась взглядом в поисках более понятливого и, главное, престижного кавалера. Не с торговцем же мне изменять! О, Натан! И без партнерши. Хоть бы никого до конца танца не пригласил. Я бы прямо сейчас бросила Ричарда, но невежливо, придется потерпеть. Да вдруг Эрик к окончанию вальса разочаруется в Синтии? Она же насквозь фальшивая, а тут я, чистая, непорочная, в своем пристойном новом (в долг сшила) голубом платье с дурацким цветком на груди…
Не заметил. Даже не взглянул в мою сторону.
После вальса поглощенная исключительно друг другом сладкая парочка направилась к стульям у стены. Ну а я – к Натану, даже с Ричардом не попрощалась.
– Вы мне очень нужны! – задыхаясь, пока не передумала, выпалила я. – Будьте моим поклонником! Можно и любовником, но только просто с поцелуями.
Даже ради святой мести я пока была не готова была отдаться первому встречному.
К чести Натана, он не вылупил глаза, только недоверчиво уточнил:
– С чего вдруг? Помнится, вы меня ненавидели.
