Трибуны во второй раз взорвались от свиста, хлопков и выкриков. Тем не менее, на противоположных трибунах болельщики, прибывшие с командой противника из другой академии, негодующе улюлюкали.
Это было завораживающе и так эффектно. Вся игра держала в напряжении до того момента, как громогласный голос не объявил во всеуслышание:
– В ожесточенно матче между Драпирами и Черными Медузами, победили.... Драпиры!!!
Трибуны взорвались аплодисментами, гулом голосов, радостными воплями, девчачьи и визгами. В пору затыкать уши было.
Я видела, как к Аларику подошла высокая миловидная брюнетка. Кажется, ее я видела в корпусе стихийников. Она обвила его шею изящными руками с ярким маникюром и потянулась к его щеке. Я отвернулась, ощущая неизвестно откуда взявшееся острое чувство ревности, приправленное обидой. Болезненный укол, проткнувший самую сердцевину души, заставил меня найти взглядом ухмыляющегося Дрейка. В окружении нескольких девиц и парней. И я лишь тепло улыбнулась, стараясь больше не смотреть на Рика с какой-то девицей.
Глава 20
Спустя несколько часов, когда солнце опускалось на горизонт, я пришла в их гостиную.
Дрейк, пока я уютно размещалась в широком кожаном кресле его комнаты, разлил ягодный крепкий напиток по бокалам, и бордовое содержимое приятно заиграло при свете приглушённой лампы.
– Дарен с Амелией уехали на выходные в другой город, Виктор и Рик – к отцам. Мы одни, – подмигнул блондин, приподнимая свой бокал, и я последовала его примеру. – Никто не посмеет нам помешать.
– Здорово, – старалась скрыть разочарование за вялой улыбкой.
Да, я даже не подумала, что Рика может не быть в их гостиной. Я надеялась, что он здесь…
Пригубив немного напитка, я уже выстраивала превосходные варианты для того, чтобы тактично и как можно скорее улизнуть к себе. Но с каждым глотком я ощущала непреодолимое желание остаться, расслабиться, поддаться волне эйфории, что неумолимо поглощала меня, и желательно в чьих-то объятиях. В голове сразу всплыл образ Аларика.
Да, пожалуй, в его объятиях было бы самое то.
– Дани, мы меня слушаешь? – развеселился Дрейк, сидя в кресле и с интересом взирая на меня.
– Да-да, – я прочистила горло и задала вопрос, который меня интересовал долгое время.– О ком в тот раз говорили Рик и Виктор?
Видя непонимание в глазах блондина я пояснила:
– Тот, кто мог наслать на меня отложенное.
– Наше пятое колесо, – скривился Дрейк. – Его зовут Кайл и он младше нас на пару лет. Сейчас ему двадцать один вроде, скоро должно исполнится двадцать два. Кстати, его после Дня Рождения должны выпустить.
– Он заперт? – удивилась я. – Почему?
– Наказан, – развеселился блондин.
– И что с этим Кайлом не так? Зачем ему кому-то вредить и пугать? Я ведь ничего плохого не сделала.
Сделав новый глоток, я все больше и больше вслушивались в звучание голоса Дрейка. И это для меня было ненормальным, казалось таким неправильным, противоестественным, но я не могла этому противиться.
– Ты нет, – уклончиво ответил блондин. – Кайл мстит нам. И выбрал он своей мишенью для мести тебя.
В груди неприятно сжалось от осознания, что я чья-то мишень.
– Его заперли шесть лет назад до наступления им возраста двадцати двух лет. Сейчас он вроде бы обучается дома, – продолжал рассказывать Дрейк, казалось не замечая моего странного состояния.
В гостиной внезапно с силой хлопнула дверь, отчего мы с Дрейком вздрогнули и скосили взгляды на дверь его спальной комнаты. А меня бросило в жар, как если бы внезапно температура в комнате повысилась на несколько градусов.
– Погоди, я мигом, – удивлёние проскользнуло в голосе демона, и он спешно покинул кресло, а затем и комнату, выходя в гостиную.
Уже через мгновение я услышала его вновь.
– Ты какого рагхара не уехал? – раздался возмущенный возглас блондина.
Я зачем-то схватила бутылку и рванула к двери, застывая в проёме.
– Отец перенес собрание, – раздражённо ответил Аларик, проходя через гостиную, и садясь в кресло.
Он бросил на меня странный взгляд, а затем перевел его на бутылку с ягодным напитком и скептически выгнул бровь. На его лице явно отразилось выражение "сдалась так быстро".
Дрейк повернулся ко мне, затем взглянул на сияющий тёмно-синим квадратный массивный перстень и скривился.
– Вот и меня отец вызывает.
Мне же становилось так непривычно хорошо после выпитого, но ощущение жара с каждой минутой все нарастало. И этот жар отчего-то концентрировался где-то в области груди, вызывая у меня странные приятные ощущения.
– Так, ладно, – уныло протянул блондин, возвращаясь в комнату и отодвигая меня назад вглубь. – Извини, Оленёнок, дела семейные.
Чувственные губы блондина притягивали взгляд, и я следила только за тем, как он произносит слова, как двигаются его губы, как он облизывает кончиком языка их и кривит в ухмылке. Зрение фокусировалось исключительно на присутствии рядом со мной этого молодого мужчины. Приятное томление мягким теплом разлилось где-то в области груди, расходясь до кончиков пальцев рук и ног. Попятившись назад, я плюхнулась на диванчик.
