У нее было остроконечное лицо колдуньи. Бабушка Саймона! На секунду сердце у Мэри ухнуло—глупо, конечно, чего ей бояться? Она решила...
— Как поживаешь, дорогуша?
— Спасибо, очень хорошо,— ответила Мэри и лукаво добавила: — А как Саймон? Я его давно не видела.
— Путешествует где-то. Он любит побродить в одиночестве, и, должна сказать, я его хорошо понимаю.— Бабушка Саймона улыбнулась, лицо ее стало морщинистым, как орех.— Такая семья! Целый обезьянник из зоопарка!
Наконец подошла очередь Мэри. На сберегательной книжке у нее было два фунта и четыре пенса, и она забрала их почти все, оставив один шиллинг. А когда обернулась попрощаться с бабушкой Саймона, то увидела рядом с ней миссис Карвер.
— Твоя очередь, мама,— сказала миссис Карвер, обращаясь к бабушке Саймона, и тут же заметила Мэри: — Батюшки, давно я тебя не встречала! Прихожу к вам утром, а тебя уж и след простыл!
Мэри смотрела во все глаза. У миссис Карвер были рыжие волосы, а у ее матери черно-белые, как на кисточке для бритья, но во всем остальном они были удивительно похожи, особенно рядом. Два бледных, остроконечных лица...
У Мэри перехватило дыхание. Недаром мама Саймона ей кого-то напоминала! Теперь она поняла кого. Миссис Трампет и миссис Карвер были родные сестры. У мамы Саймона, у бабушки и у близнецов были темные волосы, а у Саймона и у миссис Карвер темно-рыжие. Скорей, медовые...
— ...Живешь очень весело, сказала мне твоя тетя,— говорила миссис Карвер.
Мэри кивнула головой. Желудок у нее щемило от страха. Что еще рассказала тетя Элис миссис Карвер? «У нее есть приятель, мальчик по имени Саймон Трампет?» Она ведь только что сказала бабушке Саймона, что давно его не видела.
— Рада это слышать. Твоя бедная тетя совсем извелась из-за того, что ты все время одна. «Миссис Карвер,— говорила она мне,— у ребенка должны быть друзья, чтобы было с кем играть».
— Да. Извините, мне пора идти...— заерзала Мэри. Она с трудом улыбнулась на прощание бабушке Саймона и бросилась к дверям.
Но тут на ее пути возникли две маленькие коренастые фигурки. Обе они выли, как пожарные сирены.
— Бабуля! Бабуля, я уронила свой леденец!
— И забрала у меня!—Полли топнула ногой.— Бабуля, скажи ей, что это нечестно.
— Нет, честно! Ты меня толкнула.
— Я нечаянно.
— Нет, нарочно.
— Нечаянно!
— Врунья! Противная врунья!
Они бросились друг на друга. Из-за спины Мэри вынырнула миссис Карвер и растащила их.
— Что за шум! Мне стыдно за вас!
— Я хочу к бабуле!—Полли оттолкнула руки миссис Карвер и, открыв рот, издала протяжный, пронзительный, похожий на гудок паровоза вопль.
— Бабуля занята, она получает пенсию,— сказала миссис Карвер и хлопнула Полли по толстой ляжке.— А ну-ка прочь с дороги! Как, по-вашему, должны проходить люди?
— Это не люди,— возразила Аннабел.— Это Мэри. Полли, смотри, вот Мэри.
Полли замолчала, будто повернули выключатель. Вскинулись две мордашки, четыре блестящих глаза, два красных носа-кнопки.
— Привет! — мрачно поздоровалась Мэри.
— А я не знала, что вы знакомы с Мэри,— заметила миссис Карвер, промокая платком их залитые слезами лица.
Близнецы затрясли головами, как пони.
— Конечно, мы знакомы с Мэри, тетя.
— Она у нас обедала. Один только раз. Больше она не приходила.
— Ничего удивительного,— отозвалась миссис Карвер, в последний раз высморкав нос Полли, и отступила, чтобы полюбоваться результатом своих усилий.
— Она была голодная,— объяснила Полли.— И очень обрадовалась, что мы ее накормили.
— Голодная? — миссис Карвер с любопытством взглянула на Мэри, которая в эту минуту мечтала только о том, чтобы под ней разверзлась земля.
— Она сиротка,— сказала Полли.
— Бедная сиротка,— жалостливым, медоточивым голосом добавила Аннабел.— У нее строгая тетя, которая морит ее голодом.
— Вот как? —Миссис Карвер посмотрела на Мэри. Губы у нее дергались, а в глазах прыгала усмешка.
Мэри подумала, не упасть ли ей в обморок. Или убить себя. Но вместо этого она бросилась бежать. Она выбежала из здания почты и, нагнув голову, натыкаясь на прохожих, помчалась по улице...
Она знала, что не может остановиться, что, если она остановится, с ней случится нечто ужасное...
11 «ПОГОДА, ВИДНО, МЕНЯЕТСЯ...»
Для Кришны Мэри уложила в сумку фуфайку и два толстых шерстяных свитера, которые ей купила тетя Элис. Себе она тоже взяла еще одни джинсы, носки и туфли, теплую куртку с капюшоном и щетку для расчесывания волос. Осторожно ступая по лестнице, которая скрипела под ногами, она спустилась вниз в кухню и взяла из кладовой сыр и хлеб. Затем она вышла в сад спрятать сумку в кусты у ворот.
Было так рано, что по земле еще курчавился туман, но она проснулась еще раньше и долго сидела на кровати, ощущая какую-то пустоту внутри.
