Ближе к вечеру я начала собираться, завтра все ж на смену. Мама, прочухав, что я поеду на машине, зарылась в погреб,и начала доставать оттуда многочисленные банки с солениями. На мои вялые попытки отбрыкаться у нее был бетонный аргумент:
- У меня и так уже места нет, так что вам сейчас хоть часть сплавлю, все равно не едим, - припечатала она, подавая очередную банку Пашке.
- Правильно, в хозяйстве все сгодится, - кивнул он, упаковывая банку в багажник. Не, ну как быстро спелись!
После продолжительного напутствия мы все же уехали, правда, Пашка пообещал привезти меня на следующей неделе.
- О чем вы говорили с отцом? - спросила я, пока Пашка выруливал на магистраль.
- О том, насколько сильно он тебя любит, - с неожиданной грустью ответил он. - Они оба тебя очень любят.
- Я их тоже, очень, - улыбнулась я. А ведь у Пашки кроме братьев больше нет никого...
- Может заедем водички купить? - решила я сменить тему, не будем о больном.
- Ага, - кивнул он и расслабился.
После посещения придорожного кафе, я тоже расслабилась. Пашка включил какое-то радио и под ненавязчивую музыку я уснула.
Проснулась как всегда в его доме. Встала, осмотрелась, рядом, как всегда посапывал кот, а хозяин где? Обойдя весь дом, пришла к выводу, что я осталась одна. Поднялась наверх, нашла свой агрегат и набрала знакомый номер.
- Да сокровище, - раздался на том конце немного усталый и грустный голос. Я непроизвольно улыбнулась: люблю, когда он меня так называет.
- Паш, ты скоро вернешься?
- Да, буду через час. На кухне забитый холодильник, в зале видеотека, в кабинете компьютер с интернетом, а в гардеробной тебя ждет маленький сюрприз, я взял на себя смелость кое-что купить. Не скучай, скоро буду.
- Ага, - только и успела ответить я, прежде, чем он отключился.
И чего он там придумал? Думала я, направляясь в гардеробную. Зашла и остолбенела, теперь вся правая сторона была забита женскими вещами. Это мне? Я нерешительным жестом провела по вешалкам, рядом на полочке отдельно лежало белье. Он что, решил, раз я не иду с ним по магазинам, то нужно сделать все самому? С одной стороны приятно, а вот с другой жутко неудобно. Да и вещи все, сразу видно фирменные, я такие ни за что не куплю, меня жаба задушит выкидывать столько денег на банальные тряпки. Но любопытно же, чего он купил. Подробно все,изучив, пришла к выводу: либо у него отменный вкус, либо ему помогли. Мало того, что действительно все фирменное, так еще и смотрится красиво. Плюнув на гордость, натянула на себя симпатичный синенький кружевной комплект белья. Сверху синий же топик - плечи были открытыми, как и живот, закрыта только грудь. А вниз пышную юбку в пол золотого оттенка. Спустила на бедра, эх, да я так на цыганку похожа! Покрутившись перед зеркалом, я осталась,очень довольна результатом.
Теперь можно и похомячить чего-нибудь. Спустилась вниз, на часах - восемь вечера, проголодалась я что то. Чего б такого съесть, чтоб похудеть? Залезла в холодильник, выкидывая на стол необходимые продукты. Теперь какой-нибудь музыкальный канал и жизнь удалась!
Паша.
После разговора с Настиным отцом, понял, насколько действительно любит ее семья. Вспомнил своего отца, стало как-то тоскливо. Мне его так не хватает. Тряхнул головой, отгоняя дурные мысли. Взглянул на сокровище, снова спит. Улыбнулся, она так забавно посапывает. Почувствовал вибрацию телефона.
- Але, - не глядя ответил я.
- Сегодня в восемь, ресторан в 'Александрийском саду'.
- Хорошо.
До дома добрались быстро и без пробок, выгрузил сокровище и все презенты ее мамы и направился по указанному адресу. Правда было немного не по себе, от того, что оставил ее одну, не испугается ли, когда проснется в одиночестве. Но друга тоже понять можно. Подъехав к месту, припарковался и направился внутрь. Под ноги тут же кинулась девушка-администратор.
- Павел Станиславович? - уточнила она. После моего кивка повела в отдельный мини зал, где уже все были в сборе.
- Приветствую, - кивнул я, вливаясь в мрачную обстановку. - Сколько уже прошло? - сочувственно спросил я у Марека, который невидящим взглядам рассматривал фотографию на столе.
- Сегодня десять лет, - без эмоционально ответил тот.
- Да, а через месяц ей исполнилось бы восемнадцать, - грустно усмехнулся его родной брат Шико.
На протяжении всех десяти лет, мы собираемся в этот день большой компанией, чтобы почтить память погибших. Десять лет назад Миро - отец Марека, Шико и Давида вместе с мачехой (у которой тоже, кстати, двое сыновей - Егор и Влад, они тоже тут, вон сидят и мрачно разглядывают дно своих стаканов) и маленькой Соней - общим ребенком отправились на Ближний восток, к родителям Миро. Которые хотели увидеть девочку и познакомиться с невесткой. Соньке тогда всего восемь было. Живой и солнечный ребенок, братья, да и вся семья в ней души не чаяла. Но, к сожалению, в результате нападения они погибли, только родителей прислали специальным грузом, а тело Соньки так и не нашли среди груды тел...
- Помянем, - мрачно выдал Влад и залпом осушил стакан.