— Есть более сговорчивые люди, чем капитан Анарей.
— Вероятно. Он еще сказал, что в Ничках остались некоторые из пакшенских дворян с охраной.
— Допустим. Но сам ты не ходил туда? — продолжал Вардо.
— Нет, не ходил.
— Мыслить надо шире. И критичнее, — продолжил советник. — Потому что если он соврал тебе, то это значит, что положение тяжкое — по мнению капитана. Тяжкое положение всегда можно исправить двумя путями. Дать помощь, все, что он попросит. Или заставить их исчезнуть.
— Убивать бойцов Пакшена я не намерен! — воскликнул я, пожалуй, даже слишком громко.
— Нет, не о том речь, — тихо продолжил Вардо. — Надо предложить им альтернативу. Мало кто знает солдат в лицо. Капитан Анарей верен своему городу, но все же он не будет стоять насмерть, если не будет иметь достаточной защиты. Он потому и не отдает тебе жителей Ничков. Доказывает, что там есть непреодолимые обстоятельства, которым он вынужден подчиниться. А это уже совершенно иной подход.
— Умеете вы заинтересовать.
— Что я предлагаю, — резюмировал Вардо. — Сперва нам надо лично убедиться в том, что в Ничках действительно кто-то есть. И свои, и чужие.
— Через Нички уже должен был пройти Ижерон... — задумчиво выдал я.
— И что с того? Он еще не вернулся. К тому же мы не выставляли ему таких целей — созывать к нам людей.
— В прошлую свою поездку он рассказывал людям про нас. Про Рассвет.
— А, да? — удивился Вардо. — Этого я не знал. Что ж, все равно, если он прошел через Нички, а к нам до сих пор никто не прибыл, причин для этого несколько, но правду мы узнаем только в том случае, если мы сами там побываем.
— А потом уже попробуем повлиять на капитана Анарея?
— Пожалуй, Бавлер, мне стоит заняться твоим образованием. В некоторой степени, — предложил Вардо.
Только вот его предложение прозвучало не так уж и предложением. Слишком настойчиво. Даже и с первой попытки. Я постарался отреагировать нормально и потому согласно кивнул. Молча кивнул — и все.
Для себя я не дал согласия, но одобрил предложение «на потом». Вардо это понял, я надеюсь.
— Так что, отправляемся в Нички? — последовало второе предложение от советника Полян. Я нахмурился:
— Прямо сейчас?
— Разумеется, прямо сейчас, — ответил Вардо. — А ты думаешь, что надо до завтра ждать? Мне важно сделать твой Рассвет больше, лучше. Богаче.
Я думал недолго — это же отличный шанс наконец-то поговорить с Вардо и понять, что он хочет получить в Рассвете. Что он может сделать для меня, а я — для него. Ну, и, быть может, что-то прояснится с его дочерью, чье отношение ко мне наполняло душу теплом, но в то же время и заставляло слишком отвлекаться. Ведь я уже половину времени с момента возвращения из Монастыря провел в раздумьях об Онии. И Фелиде.
— Нам нужен плотогон, который отвезет нас... — начал я, но Вардо перебил меня:
— Зачем нам кого-то ждать, когда прямо сейчас отправляется груз к Анарею? С ним и отправимся!
Я не ожидал такой прыти от советника — хотя он не был стар, как Неогон, но в то же самое время я все равно думал, что статус и должность накладывают определенный отпечаток на человека.
Совет, что в Монастыре, что в Полянах в моем представлении был медлительным, обстоятельным и не слишком-то решительным. И если Поляны потеряли Вардо, то, с одной стороны, многие там вздохнули свободно. Но в плане полезности поселение наверняка многое потеряло.
Определенно, Вардо вызывал к себе симпатию.
— Просим прощения, — он поспешил к плотогону, который уже почти оттолкнулся шестом от берега и собрался двинуться к другому берегу, — но нам нужно с вами.
— Я не беру... — начал плотогон, обращаясь к Вардо, но заметил меня и тут же сменил тон: — Вам обоим туда нужно?
— Обоим, — ответил я. — Подвезете?
— Конечно! Только не свалитесь в воду, — усмехнулся плотогон.
Я присмотрелся к нему. В возрасте. Но с шестом обращался ловко.
Мы забрались на бревна — река, как и днем ранее оставалась гладкой, без единой волны. И плот шел гладко, слегка утапливая канат в глубины Нируды.
— И как работенка? — спросил я у плотогона.
— Мне нравится, — пожал он плечами. — А чего еще надо? Кормят, жилье. Одежды только маловато, да мебели в доме нет, — вздохнул он. — Но это лучше, чем старая хибара, в которой я жил раньше. Но в твоем Рассвете, уж извини, мне немного неуютно, — сказал он и замолчал.
— Почему же? — спросил я. — Ты можешь говорить, не стесняйся, в этом нет ничего дурного. То, что нравится одному человеку, не обязано нравится другим. Потому будут и другие поселения. Туда ведь тоже кто-то поедет. И...
— Бавлер, — шепнул мне Вардо. — Много говоришь.
— Я нервничаю, — прошептал я в ответ. — Укачивает.
— Ты же не в первый раз своей переправой пользуешься?
— Нет, но тогда так не укачивало, — я опустился на колени. — Извините! — и перегнулся через край к реке.
— Интересный способ быть не таким многословным, — сказал Вардо. — А вы продолжайте, продолжайте. Неужели в Рассвете стало слишком тесно?
— Тесно, — признался плотогон. — Я потому и захотел, как только предложили, перебраться сюда, в Валем. Скоро будут готовы дома. Такой же уют, как и в Рассвете, но не так много людей.
